Жил-был спортивный Болид.
Был он новеньким – только что из ангара механика, из-под чертежа конструктора…
Стоял на старте – блестел хромированными деталями на солнце.
Собирался выполнить свой рекордный марш-бросок на сверхзвуковой скорости…
Поэтому и стоял один.
Посреди дороги, уходящей вдаль, в центре пустыни…
Стоял, набирался сил перед броском, доверял свои бока умелым рукам механиков в предстартовой суматохе.
Стоял - полный сил, молодой и красивый, уверенный в себе и в своей победе.
Отмашка, выстрел, флажок…
Или наоборот…
Не так уж и важно.
И он помчался.
Навстречу ветру – к своей победе, к своей новой жизни…
Летел, набирал скорость, старался выйти на сверхзвуковую…
Не смотрел по сторонам.
А больше вдаль – туда, где за линией горизонта должна была быть финишная черта.
Никто и ничто не отвлекало его от движения к цели.
Если бы, не одно но…
Недосмотрели техники и механики.
Плохо выполнили свою работу секьюрити…
Оказалось, что лежал на дороге камень.
И - небольшой вроде, а скорость – почти космическая.
И не объехать, не свернуть…
Налетел Болид на камень и полетел.
Долгим или коротким было падение, он уже и не помнил.
Пришел в себя на обочине.
Разобранным на части, рассыпанным по пустыне и бескрайней дороге.
Так и лежал, забытый верными друзьями – механиками…
В ту пору шел по пустыне путник.
Но – не простой.
А бывший Генеральный конструктор, пребывающий ныне на пенсии.
Шел, любил путешествовать по неизведанным местам.
Все видел Генеральный конструктор - и взлет, и падение.
Как летел, парил и падал Болид, распадаясь в воздухе на куски…
Подошел конструктор к месту падения, глянул на груду металла.
Жалко ему стало творение чьих-то рук.
И решил помочь он Болиду – попытался собрать то, что осталось.
Долго ли, коротко ли, делал он свое дело – сие нам не ведомо.
Но останавливался Конструктор, задумывался надолго, молчаливо глядел куда-то вдаль и продолжал работать.
Инструментов у него не было, чертежей тоже.
Да и была перед ним всего лишь покореженная груда металла.
Потому, не взыщите - что вышло, то вышло.
Когда отошел Конструктор от своего творения – перед ним стояла металлическая Черепаха.
Была она блестящей... Переливался в лучах заходящего солнца ее серебристый панцирь.
И лапы были у нее металлические и голова – из чудом уцелевшей фары…
Самое удивительное, что могла эта Черепаха двигаться.
Не летать, конечно, как ее прародитель – Болид, а ходить.
Так, слегка - вперед и назад, вправо и влево, вверх и вниз.
И не страшны теперь ей были ни камни на дороге, ни препятствия.
Так как обойти могла она их – и справа, и слева, и сверху, и снизу.
И вообще – могла поменять направление своего движения в любой момент.
Такая вот переменчивая получилась Черепаха.
И не стремилась она уже к финишной черте, так как делать там ей уже было нечего.
Никто не ждал ее там.
Потому и совершала она свой путь размеренно, не спеша, интересуясь всем тем, что было вокруг.
Слева и справа, впреди и сзади - далее везде…
Вот так.
И если будете вы в этой пустыне, и встретите Черепаху, передавайте ей привет.
От кого, спросите вы?
Да от меня – от Главного конструктора.
Я это был.
А вы и не догадались…
!

