Возвращаясь к себе настоящей...

38epxov7t1q9nmm2

 

                                                                                                                                                                                          «Возвращаясь к себе настоящей…»     

 

 

                                

                                                                                                                                                                                                                                                  И распутывать жизни клубок,                                                                                                                                                                                                                                                         возвращаясь к себе настоящей… 

 

                  Размышления Полины прервала клиентка, вошедшая в кабинет без стука.

      - Я так больше не могу! Почему мне опять плохо? Я не хочу, чтобы каждый раз мне было так больно… - с отчаяньем говорила женщина.

На лице ее сменялись выражения обиженного ребенка и стервозной красавицы. Когда она говорила о муже, глаза прищуривались, а губы смыкались в тонкую струну, когда жаловалась на свою боль – губы начинали подрагивать, а в глазах читались страх и растерянность.

      - Как он мог обратиться к моей бывшей коллеге? Он прекрасно знает, что я, как специалист, гораздо грамотнее ее, и я поставила ему верный диагноз, теперь в клинике будут смеяться, что мой муж со мной не считается! Как он мог? Пусть теперь хоть кто-то из его родственников попробует обратиться ко мне за помощью! 

      - Что ты чувствуешь, когда он так поступил? – спросила Полина.

      Работа психологом-консультантом была для нее и работой, и увлечением. По внешности сложно было определить ее возраст. Короткая стрижка и стройная фигура подчеркивали легкость и энергичность Полины.

      - Не знаю… Обидно… - Диана задумалась и немного успокоилась. - А еще больше я злюсь. На него – как он смел? На себя – почему я опять так остро реагирую на его подлость, я ведь знаю, чего от него можно ждать. Почему я каждый раз наступаю на одни и те же грабли? Как только у нас все хорошо, я таю, все плохое забываю – и он тут же делает мне больно. И почему мне в сотый раз больно как в первый, и я не могу справиться? Прошло два дня, а во мне все кипит, я же понимаю, что это ненормально…

      - И чего ты хочешь, когда внутри все кипит? – уточнила Полина.

      - Чтобы ему было также больно, еще больней, чем мне!

      - Тогда тебе станет легче?

      - Может быть… Когда он поймет, как мне было плохо, я успокоюсь.

      - Значит ли это, что ты разрешишь себе успокоиться только тогда, когда ему отомстишь?

      - Да, если я сейчас успокоюсь, то опять его прощу и не накажу

      - То есть, ты сама не разрешаешь себе успокоиться, чтобы легче было отомстить?

      - Я не представляю, как можно успокоиться и мстить. Мне нельзя успокаиваться.

      - Но когда и как ты собираешься мужа наказать? 

    - Как только будет подходящий момент – например, ему от меня что-нибудь понадобится. В ближайшие дни он будет делать вид, что сам на меня обижен, что я истеричная дура, которая все преувеличивает. Значит, не раньше чем через неделю.

       - Всю эту неделю ты не позволишь себе успокоиться?

      - Наверное… Но я так не могу, мне плохо… Я не знаю, что мне делать. Поэтому я и пришла…

      - Когда тебе плохо, но ты не разрешаешь себе успокоиться, чего ты хочешь? – не унималась Полина.

      - Наказать его как можно быстрее, чтобы успокоиться, заняться детьми, работой, чтобы не было так больно, - Диана ответила быстро, словно ждала этого вопроса.

        - Как можно наказать его, не откладывая?

      - Не знаю… Может, игнорировать его и вести себя так, словно я нормально себя чувствую? Это его напрягает.

       - И что для этого тебе нужно?

       - Успокоиться, отвлечься…

       - Так ты разрешаешь себе успокоиться?

      Диана тяжело вздохнула и кивнула.

       - Тогда устраивайся удобнее. Глаза можешь сразу не закрывать… Ты сидишь в этом кресле, твои пальцы чувствуют ткань, к которой они прикасаются, ты слышишь мой голос – и можешь расслабиться…

      Привычно устроившись в удобном кресле, Диана подумала о том, что, вернувшись домой, надо будет приготовить ужин, а готовить она любила. И в этих размышлениях, она незаметно уплывала в транс. Диана вроде и не слушала Полину, к которой то чаще, то реже приходила последние два года, но какие-то слова отзывались и уносили в приятное воспоминание, в санаторий, где Диана отдыхала с мужем, и на берег моря, которое всегда приносило ей успокоение. Она любила сидеть на берегу и сквозь гомон детей и вопросы мужа, просто смотреть на то, как одна волна накатывает, затем отступает, за ней – следующая. Полина продолжала говорить о том, что подсознание мудрее сознания и может помочь понять, что именно необходимо в данный момент. Проблема Дианы отошла на второй план и виделась на «внутреннем экране» где-то в уголке, как небольшой неубранный кусочек пляжа. Диана с удивлением поняла, что уже давно энергично и с удовольствием в своем воображении убирает мусор и разравнивает детской лопаткой песок. Слова Полины о том, что, только завершив какую-то часть работы, можно постепенно возвращаться в свое обычное состояние, она восприняла как разрешение завершить уборку и была рада этому. Открыв глаза, Диана потянулась, вздохнула и подумала, что теперь легче вернуться домой…

********************************

 

                  Полина ждала следующую клиентку – это была Патя. Она выбиралась из депрессии, в которую угодила из-за проблем с мужем. Марат, уличенный в измене, не прекращал своих отношений с любовницей, но и не собирался уходить из семьи. Патя - восточная красавица тридцати пяти лет с густо-черными волосами и словно подведенными глазами, правда, излишне поправившаяся за последний год.

      - Можно? Добрый день. Я вчера опять не сдержалась,– сказала Патя сдавленным голосом, садясь в кресло. - Он пришел поздно, я стала возмущаться, а он вновь сказал: «Да кто ты такая? Посмотри на себя!», и у меня сразу ком в горле и сердце сдавило, я ничего не смогла ответить, почти всю ночь не спала. Это уже не в первый раз, каждый раз, когда он так говорит, я теряюсь и ничего не могу сказать… Злюсь на себя за это – если бы высказалась, стало бы легче.

       - Тебе мешает высказываться ощущение кома в горле и сдавленности в груди?

       - Да, я теряюсь, словно маленькая девочка…

      - Постарайся сейчас вспомнить это ощущение, усилить его, когда оно появится. Я прикоснусь к правой руке и подниму ее, пусть она будет опускаться так, как ей захочется, ты просто удерживай ощущение кома в горле, сдавленности, а пока рука будет опускаться, пусть в памяти возникнет ситуация, связанная с этим чувством.

      Патя почувствовала, что рука опускается как-то неестественно медленно – словно давая ей время, чтобы вспомнить… Это было тогда, когда дети были маленькими: сыну было три, а дочке не было и года. Патя уставала, практически никуда не выходила, мало с кем общалась, а Марат приходил домой поздно, почти не разговаривал, его участие в семье ограничивалось принесенными продуктами и деньгами, с детьми он играл минут по пять, не больше, а с женой разговаривал только по необходимости. Патя нервничала из-за его отчуждения, у нее стало пропадать молоко, и, чтобы не лишить дочь грудного вскармливания, она начала заставлять себя пить молоко литрами, есть, когда не хочется. Молоко вернулось, но фигура перестала быть точеной. И вот тогда, когда Патя пожаловалась мужу, что его невнимание и отсутствие помощи ранят ее, он и сказал: «Да кто ты такая? Посмотри на себя в зеркало!» - и она ничего не смогла ответить…

      Когда Патя тихо и медленно рассказала об этом, Полина вновь подняла ее руку и сказала: - И пока рука будет опускаться, пусть придет воспоминание о самой ранней ситуации, связанной с этим ощущением, возможно, даже забытое...

      Услышав эти слова, Патя словно чего-то испугалась – то ли того, что воспоминание не придет, то ли – что оно будет невыносимым… И тут, как только она почувствовала, что рука ее упала на кресло, она увидела картинку: вот она, маленькая, ей лет пять или шесть, она знает, что умер отец, но как-то не понимает этого… Почему-то они с мамой и сестрой оказались в незнакомом селе у дальних родственников. Патя стоит у окна и вдруг видит, как мама с сестрой садятся в машину, собираясь ехать – Патя схватила свою детскую сумочку, кофту и выбежала во двор – но машина уже отъехала. Маленькая Патя попыталась бежать за машиной, она что-то кричала – но все было бесполезно – и она осталась одна на дороге, в груди что-то сдавливалось, ком в горле не давал больше ни кричать, ни плакать… Такое знакомое ощущение… Рассказывая об этом, Патя не замечала, как текут по лицу слезы и не пыталась их вытереть. Спасительным кругом показались слова Полины о том, что можно отпустить это ощущение, и теперь эта давняя ситуация перестанет оказывать негативное влияние на ее жизнь. Пате взрослой было так жаль себя маленькую, что ей очень захотелось сделать все возможное, чтобы защитить ее

     . - Разреши себе удивиться своей новой реакции на упреки мужа, - сказала Полина, когда клиентка вышла из транса. Договорившись о следующей консультации, они попрощались.

********************************



!



Рекомендуем Вам похожие статьи: