Тревога и проблема видения

38epxov7t1q9nmm2

     Акт пристального смотрения, разглядывания  понимается Фрейдом как самостоятельное влечение. Тем самым можно сказать, что вопросы, связанные с визуальными образами в произведениях искусства, с психоаналитической точки зрения рассматриваются на уровне влечения, желания и фантазма, а также затрагивают проблематику  кастрационной тревоги.

Понимание акта смотрения и, в более широком смысле, зрения  предстает в теории Фрейда как процесс подверженный расщеплению. В работе 1910 г. “Психогенное нарушение зрения с позиции психоанализа” он пишет: “Истерические слепые слепы только для сознания, в бессознательном они зрячи”. 1  В случае истерии  стремление влечения, выраженное в “чрезмерных претензиях  к разглядыванию”,  вытесняется и не сопровождается аффектом тревоги,  но,  при этом  обнаруживает возможность радикального раскола, расщепления между глазом и зрением.

Следующий важный момент в теории Фрейда, связанный с  изобразительностью психического материала  относится к возможностям представления, Darstellung  на другой сцене, которая может разыгрываться в сновидении. Поскольку цель сновидения исполнение желания, то появление сновидческих мыслей-образов организовано вокруг траектории желания и фантазма. Изобразительность мыслей сновидения и желанных образов, сформированных фантазмом, подчиняется определенной логике.  Нечто вновь и вновь пытается, обернувшись формой, быть воспроизведено в психической реальности субъекта. Череда этих образов воспроизводится согласно траектории желания, метонимического скольжения в поиске утраченного объекта, недоступного, прегражденного и рассеченного актом кастрации. Приближение же к образу  сопровождается тревогой.

Сцена игры с катушкой, которую Фрейд связывает с “большим культурным достижением ребенка – с осуществленным им самим отказом от влечения”.2  Что же представляет собой это культурное достижение? В тот момент, когда катушка исчезает из вида, куда смотрит малыш?  Он смотрит на то место, где только что была катушка, т.е. на место отсутствия. “Думаю, он пребывает в ожидании: он смотрит в глубину материнского отсутствия, растерянного ожидания чего-то. До мгновения, когда то, что ребенок видит, вдруг раскроется под действием чего-то, что в глубине – или  из глубины (я имею ввиду глубину отсутствия), - рассекает его, смотрит на него. Чего-то, о чем он в итоге составит образ”.3     В этой игре, с одной стороны, мы видим появление образа, который становится опорой объекта, с другой – акт отречения, кастрации:  не только катушка может быть отброшена, но и сам субъект брошен другим, он обречен на акт кастрации. Только рождение представления, символа в сетях навязчивого повторения, понуждающего вновь и вновь отбрасывать катушку, позволяет избыть травму. “Где одно преподносится как память о другом, где мы пребываем под взглядом потери, то есть под угрозой потерять все, в том числе самих себя.”3  Д.Юберман задается вопросом: “Быть может, образ в его радикальном -  метапсихологическом – осмыслении  возможен лишь по ту сторону принципа удовольствия?” 3

Таким образом, мы  приблизились к тому, что находится по ту сторону, границе травмирующего  Реального, границе das Ding, Вещи. Тот порог, приближение к которому сопряжено с тревогой, с приближением, затерявшейся в сети означающих  “ситуации беспомощности”, вновь и вновь сталкивающей нас с тревогой.

Очередное приближение к пониманию тревоги обнаруживается в связи с пониманием образа, и шире визуального как такового.  Образ в психоаналитическом понимании предстает как форма “некоей странной, произвольной случайности (tuche), символизирующей собой то, во что наш опыт, на горизонте своем, упирается – того упущения, той нехватки, что ложится в основу страха перед кастрацией”. 4

  Можно сказать, что в основании исследования визуального парадоксальным образом полагается то, что к самой зримости, наглядности не имеет прямого отношения. Парадокс эстетического, когда то, что мы видим отражает изнанку, подает знак с другой стороны принципа удовольствия, момент встречи с Реальным, когда объект безвозвратно потерянный смотрит на нас. По замечанию Шеллинга, от которого оттолкнулся Фрейд в работе “Жуткое”, свойство видимого, ощущаемое как жуткое, явление чего-то, “что должно было остаться в тайне, в тени, но вышло оттуда”. 

Что дает  основание полагать, что представление об образе лежит по ту сторону принципа удовольствия? Здесь мы обращаемся к пониманию Лаканом функции  утраты  объекта (а) на уровне скопического влечения.

Говоря о сопротивлении, Фрейд указывает на ядро, к которому устремлено психическое, и, которое, по мнению Лакана, травмой можно назвать лишь в первом приближении. “Ядро должно быть охарактеризовано как относящееся к Реальному – Реальному  как к чему-то такому, чему тождественность восприятия служит правилом” 4  То, что лежит в основании Реального, Фрейд характеризует как пробу, которая удостоверяет наше пребывание в восприятии.  Встреча с Реальным, открывающая путь к навязчивому повторению, производит у субъекта раскол, расщепление, которое в диалектическом своем измерении  обнаруживает репрезентацию представления, позволяющую сблизить Реальное с влечением. “Расщепление между тем, что отсылает нас в механизме сна к самому субъекту, между образом ребенка, приближающегося к отцу с упреком во взоре, с одной стороны, - и той причиной, которая появление образа вызывает, провалом, его поглощающим, зовом , голосом ребенка, мольбой во взгляде – папа, разве ты не видишь, что я горю..., с другой.” 4

Это понимание образа  Лакан обнаруживает на пути диалектики видимости и истины желания, исходящего  из восприятия,  и сосредоточенного  на визуальном,  в расщеплении,  которое можно обнаружить между глазом и взглядом. Функция взгляда, по мнению Лакана, оказывается незаметна по причине того, что  восприятие, оборачивающееся сознанием, создает видимость обнаружения себя самого. Понимание же взгляда как объекта(а), обнаруживает нехватку, зияние, функцию желания  и феномен кастрации. Это позволяет взгляду как объекту нехватки занимать привилегированное положение и обрести свое выражение в эстетическом поле.

Расщепление между взглядом и глазом обнаруживает себя в функции анаморфозы, пятна. Анаморфоза,  которую  можно обнаружить в пространстве картины Гольбейна  “Послы”, пятно, которое раскрывает свой замысел только под определенным углом зрения, являет собой “субъект, обращенный в ничто, представляющий собой образное воплощение минус-фи кастрации – кастрации, являющейся для нас тем центром, вокруг которого организуется, в рамках основных влечений, желание”. 4

Можно сказать, что глаз относится к субъекту, а взгляд – это объект(а), который в результате выпадения, утраты  может быть обнаружен как  нехватка  в виде анаморфозы , слепого пятна. И в этом смысле то, что мы рассматриваем,  всегда уже смотрит на нас. Но, при этом, поле видимого как взгляда сокрыто от нас, и тревога обнаруживается лишь посредством анаморфозы, а  желание субъекта на уровне скопического влечения оказывается схваченным. Вторжение объекта(а) в поле видения вызывает замешательство, зрение оказывается встревоженным и субъект обнаруживает себя перед лицом кастрационной тревоги. Перед лицом тревоги или иначе перед  образом, тревожащим субъекта, образом, который мы обнаруживаем в эстетическом пространстве, то, что Д.Юберман определяет как метапсихологическое объяснение интенсивности формы, - возвращение вытесненного в сфере визуального, мету кастрации на уровне скопического влечения.

Доказательством этому могут послужить явления Жуткого. “Каждый раз, когда неожиданно, в силу какого-то спровоцированного Другим инцидента, образ себя в Другом предстает субъекту как лишенный взгляда, вся ткань сети, в которую  уловило его зрительное влечение, расползается, и мы становимся свидетелями того, как возвращается, в самом первобытном своем виде, тревога.” 5

Список литературы:

  1.   Фрейд З. Истерия и страх. В 10 т. Т.6 – М.: ООО “Фирма СТД”, 2006.
  2.   Фрейд З. Психика: структура и функционирование  – М.: Академический        проект, 2007. 
  3.  Юберман  Ж-Д. То, что мы видим, то, что смотрит на нас. – СПб.:  “Наука”,    2001. 
  4.  Лакан Ж. Четыре основные понятия психоанализа (семинары: книга XI (1964)).–      М.: Издательство “Гнозис”, Издательство “Логос”, 2004. 
  5.  Лакан Ж. Имена-Отца. – М.: Издательство “Гнозис”, Издательство “Логос”.  2006. 


!



Рекомендуем Вам похожие статьи: