В каждом психотерапевтическом подходе если не явно, как скажем в когнитивном, телесно-ориентированном, то скрыто присутствует идея о способе «входа» в психическую реальность клиента. Обсуждения «технологий» работы с архетипами практически отсутствуют, как и собственно самодостаточные техники диагностической и терапевтической работы с ними. Возникает необходимость поиска специфичных методов работы с архетипами – «встречи» с ними, расширения/сужения диапазона их влияния на жизнь женщины, пробуждения «зажатых», «дремлющих» архетипических векторов, что в конечном итоге приводит к удовлетворённости жизнью.
З. Фрейд считал язык первичным и характеризовал содержание бессознательного как полностью вербальное. Во фрейдистском анализе, скажем, сновидений все, в конце концов, сводится к словесной игре, тогда как К.Г. Юнг считал сны видениями, имеющие символическое значение [6] . В практике арт-терапии, например, многим клиентам легче нарисовать сон, нежели его вербально описать, это позволяет получить недеформированный словесный пересказ символически-образной продукции сна.
Психическая образная экспрессия встречается в наскальной живописи, выполненной людьми эпохи палеолита. Первые рисунки могут быть не только результатом изображения внешнего восприятия и сознательно намеченного образа, они также могут отразить то, что мгновенно констеллируется в бессознательном. Рисуя такие образы, люди постепенно узнавали о картинах внутреннего мира и могли поделиться с другими тем, что рождало их бессознательное.
Образы – первичное выражение разума и его энергетической работы и единственная реальность, которую люди постигают непосредственно. К.Г.Юнг считал, что основу нашего разума образует безмерно древнее психическое начало, точно так же, как и строение тела восходит к общей анатомической структуре млекопитающих.
Коллективное бессознательное имеет универсальную структуру; его базовое содержание составляют архетипы. Специфика архетипов заключается в принадлежности к типу, который несёт в себе свойства всего человечества как некоего целого. Архетипы непосредственно не наблюдаемы и не имеют формы, однако, они могут проявляться в сознании в виде архетипических образов и персонифицированных или образных комплексов.
Архетипические образы – это фундаментальные и глубокие образы, имеющие универсальный и обобщённый смысл, часто сопровождаемые нуминозным аффективным качеством. Архетипические образы культурно «встроены» в психику, поэтому имеют значимость для большого количества людей в течении длительного времени [1].
Архетип характеризуется символизмом, это его проявление в отдельных душевных образах, что воспринимаются сознанием и специфичны для каждого архетипа. По мнению Э.Нойманна, архетипический образный символ по своей значимости, энергетическому заряду и нуминозности можно соотнести с понятием инстинкт [3]. Э. Нойманн приводит слова К.Г.Юнга о том, что изначальный образ можно должным образом описать как восприятие инстинктом самого себя, или как автопортрет инстинкта. Образ пробуждает, запускает цель инстинкта, именно поэтому образы имеют такую же важную роль, как и инстинкты [4]. Дж.Хилманн указывает, что в области сознательного разума инстинкт воспринимается в образной форме, а на уровне поведения образы проявляются в инстинкте [5]. Таким образом, можно провести параллели между инстинктуальным планом импульсов и образным планом сознания. Архетип здесь выступает одновременно и в виде образа и виде динамической силы.
Образный план, на котором архетип становится доступным для осознания, «видимым», - это план символа, именно здесь проявляется активность самого бессознательного в той мере, в какой оно способно достичь сознания. К.Г.Юнг говорил, что архетипы существуют до-сознательно и предположительно формируют структурные доминанты психики в целом [10]. Архетип не только направляет бессознательное поведение личности посредством шаблона инстинктов; но также упорядочивает психический материал в символических образах – влияет на шаблон восприятия в сознании. Символы – это проявленная видимость архетипа, соответствующая его скрытой непроявленности. В движение сознание приводит материальный компонент символа – пробужденное символом, сознание обращает к нему интерес и стремится его понять [4]. Можно сказать, что символ, кроме его динамического эффекта как «преобразователя энергии», также выступает «формовщиком сознания», принуждая психику ассимилировать бессознательное содержание или содержания, скрытые в символе.
Таким образом, архетипы имеют символическую саморепрезентацию, то есть способны «говорить» с нами образами. Бессознательные психические процессы связаны с изначальными образами и лучше всего они могут быть воспроизведены с помощью символической речи – языка символа, который выступает исходным языком нашего бессознательного. Символ намекает, полагает, возбуждает. Сознание приводится в движение и должно использовать все свои функции для ассимиляции символа, так как только концептуальное усвоение оказывается недостаточным. Символ с большей или меньшей силой действует также и на чувство, интуицию и ощущение [10].
Каждый человек рождается со способностью толковать изображения. Например, маленькие дети способны понимать своих матерей с помощью языка тела, который фактически можно считать языком изображений. Кроме того, практически каждый человек в детстве имел естественное желание, а также способность рисовать и красить. Однако, вместе с развитием Эго сознания, в силу основных направлений в образовании за последние два столетия, развитие словесно-логического мышления, в отличие от образного, стало приоритетным.
Чем ближе образ соответствует архетипу, тем более сильную, эмоционально выраженную реакцию вызывает он у клиента.
Опыт работы показывает, что «инициация» архетипа сопровождается появлением определенной (специфичной ему) символически-имагинальной продукции. Ускорить ход работы можно путем замены спонтанно возникающих образов (чему предшествует длительная работа) сознательно подобранным набором символов, то есть с помощью использования символически-имагинальных карт, представляющих собой коллекцию визуальных образов репрезентантов того, или иного архетепического вектора.
В качестве методологической основы разработанных символически-имагинальных карт лежат идеи архетипической психологии, в частности принципы архетипического моделирования, используемые в рекламе, идеи, заимствованные из практики арт-терапии.
Символически-имагинальные карты - это коллекция визуальных образов, которые направлены на инициацию определенных векторов женской реализации, обладающие потенциями роста и развития. В основу разрабатываемых терапевтических символов-образов был положен анализ отдельных случаев женщин, обратившихся за психологической помощью (особенности символически-имагинальной продукции - сновидения, арт-продукты, спонтанно возникающие образы, при кристаллизации архетипического вектора женской реализации); архетипическая маркировка векторов женской реализации (данные мифологической, этнографической и культурологической литературы, коррелирующие с наблюдаемыми в практике символами-образами).
Уже только по выбору клиенткой «зовущего», «отталкивающего» или "индифферентного" в данный момент символа-образа можно охарактеризовать, до определенной меры, картину её жизненной ситуации. Символически-имагинальная карта – это «вход», «инициирующий ключ» в энергию женского вектора реализации, позволяющая исследовать неосознаваемые процессы, латентные идеи и состояния, способная актуализировать "зажатые" векторы. Соприкосновение с символическим образом имеет оздоравливающее действие, не требуя вербального комментатора.
Литература:
1. Болен Дж. Ш. Богини в каждой женщине. М.: София, 2008. 352 с.
2. Зеленский В.В. Толковый словарь по аналитической психологии. М.: Когито-Центр, 2008. 336 с.
3.Нойманн Э. Глубинная психология и новая этика. Человек мистический. М.: Академический проект, 1999. 206 с.
4.Нойманн Э. Происхождение и развитие сознания. М.: Рефл-бук, Ваклер, 1998. 462 с.
5.Хиллман Дж. Архетипическая психология. М.: Когито-Центр, 2006. 351 с.
6.Холл Дж. А. Юнгианская интерпретация сновидений. Руководство. М.: Класс, 2007. 144 с.
7.Юнг К.Г. Архетип и символ. М.: Канон +, Реабилитация, 2015. 336 с.
8.Юнг К.Г. Об энергетике души. М.: Академический проект, 2010. 297 с.
9.Юнг К.Г. Человек и его символы. М.: Серебряные нити, 2012. 352 с.
10.Юнг К.Г. Тэвистокские лекции. К.: Ваклер, 1998. 308 с
!
