Нишу Никс спрашивали, не двоится ли у нее в глазах, не пишет ли она вверх ногами, не бегает ли задом наперед. Друзья по школе, где она раньше училась, даже интересовались, не заразна ли ее дизлексия.
— Потом я попала сюда, и это было большим облегчением, — говорит 18-летняя ученица выпускного класса частной школы-интерната Форман, в которой подготавливают к поступлению в колледж старшеклассников с различными индивидуальными отклонениями, осложняющими их обучение.
Кампус школы Форман около города Литчфилда, штат Коннектикут, занимает 56 гектаров и мало отличается от других подготовительных школ Новой Англии, где старые каменные здания, перемежающиеся с новыми кирпичными, утопают в тени живописно возвышающихся над ними деревьев. На переменах тут и там видны группы школьников в традиционной одежде: мальчики — в костюмах и галстуках, девочки — в блузках и юбках.
Программа обучения включает обычный набор предметов, изучаемых в средней школе: математику, иностранные языки, биологию, английский язык, историю. Но в центре внимания — индивидуальные занятия с учителем по языку и математике.
Учащиеся школы Форман имеют те или иные аномалии, затрудняющие обучение обычными методами, говорит Лорен Фэйс, руководящая программой подготовки по языку. Около 10 процентов страдают дислексией, то есть испытывают затруднения в понимании написанного слова. Причины этого недостатка неиз вестны, но специалисты считают, что определенную роль здесь играют биологические и генетические факторы.
Подобные отклонения от нормы неизлечимы, но разработаны мето¬ды, позволяющие учащимся компен¬сировать свои недостатки. Некоторые учащиеся испытывают трудности при выстраивани: цифр в правильной последовательности. Другие страдают от проблем визуального восприятия: Гут, например, не мог отличить правую сторону от левой. Фэйс и большинство учеников страдают несколькими расстройствами. Выраженными в разной степени
— Все эти дети совершенно разные..
Но одно качество свойственен учащимся школы Форман - высокий уровень умственных способностей.
— С отвлеченными понятиями справляются очень хорошо даже блестяще, — говорю Трудности возникают у них с простыми, основными вещами;
Школа была основана в Джоном и Джулией Форман, которые хотели помочь обучаться успевавшим в обычных школах в 40-е годы. Консультантом по академическим вопросам выступил Альберт Эйнштейн, сам страдавший дизлексией. Теперь эта школа из небольшого, но растущего учебного заведения превратилась в крупный обучающий центр, готовый делиться опытом с энтузиастами всех США.
Занятия в школе Форман основаны на методе Гиллингема, известного невролога и его учеников, разработавших этот метод. Упор делается на многосенсорный подход.
— Мы начинаем с самого ; элементарного, — говорит Фэйс. — изучаем с ребятами изучать буквы, слоги, затем слова и практические навыки.
В неполной семейной среде и обычной школе ученица Ниша была предоставлена себе. С большим трудом она сдала девятый класс и часто возвращаясь домой в слезах из-за насмешек одноклассников. Но когда родители помогли ей поступить в Форман, отнеслась к этому скептически. Но за первый же год научилась большему, чем за те три года в обычной школе.
— Я чувствовал себя умственно отсталым, — говорит ученик Дара.
Проучившись в шестом классе два года из-за плохой успеваемости, он перешел в обычный седьмой.
— Там надо было либо уметь плавать, либо тонуть, и я быстро пошел ко дну, — вспоминает он. — По всем предметам у меня не было больше двойки. Меня это озлобляло. Почему я не могу учиться, как другие?
Теперь, на четвертом году обучения в школе Форман, он изучает историю по программе колледжа.
— Уже одно то, что я учусь в Формане, позволяет мне чувствовать себя полноценным, — говорит он. — Здесь считаются с индивидуальными особенностями учеников. Здесь помогают найти наилучший для каждого способ обучения.
Майкл Миттелхозер из Бостона, штат Массачусетс, староста выпускного класса, рассказал аналогичную историю. Учителя в школе считали его лодырем и тупицей, но родители поддержали его. Его отец, врач, тоже страдает дислексией. Майкл стал посещать частную школу для аномальных детей. Эти занятия помогли ему поверить в свои силы. Он решил записаться в Форман, чтобы подготовиться к поступлению в колледж. Среди вузов, в которые он хотел бы поступить, на первом месте стоит Американский университет в Вашингтоне.
Планы Митгелхозера вполне осуществимы. Около 98 процентов выпускников школы Форман поступают в колледжи, говорит заместитель директора Карен Ламберт. Недавние выпускники школы учатся в таких престижных вузах, как Университет Карнеги-Меллона в Питтсбурге, штат Пенсильвания, Колледж Маунт-Хо- лиок в Саут-Хэдли, штат Массачусетс,
Сары Лоуренс в Бронксвилле, штат Нью-Йорк, и Техасский христианский университет в Форт-Уэрте.
Такому успеху отчасти способствует система конкурсного отбора: в 1988 году в школу было подано 250 заявлений на 80 мест. Учащихся отбирают на основании рекомендаций учителей, собеседований и по результатам психологических и стандартных тестов.
Тесты нередко сразу же выявляют аномалии поступающих, говорит Фэйс. Ученик может, например, показать блестящие знания по естественным наукам и математике, но полную неспособность к языку.
— С помощью этих тестов мы определяем умственные способности кандидатов. Принимаем тех, у кого показатели средние и выше средних, остальным не осилить нашей программы, — говорит Ламберт.
Попав в школу Форман, учащиеся обязаны следовать правилам, касающимся обучения и дисциплины, а также участвовать в спортивных соревнованиях. В распорядок обычного дня включены уборка комнаты в общежитии, почти восемь часов классных занятий, спортивные тренировки. Вечером два часа отводятся на приготовление домашних заданий. Свободного времени остается немного.
— Мы хотим, чтобы учащиеся всегда бьши сосредоточенны и заняты,
— говорит Ламберт.
Двойная система отметок — за успеваемость и за прилежание — позволяет справедливо оценить усилия каждого, считает Миттелхозер.
— Здесь индивидуальные аномалии перестают быть проблемой, потому что они есть у всех, — говорит он.
— Уже не приходится относить свои неудачи на счет врожденных недостатков. Они неизлечимы, и надо учиться справляться с ними.
■
М. Кальта • Фото Кристофера Литтла
С разрешения газеты «Нью-Йорк тайм»
!
