Объекты и отношения аналитического процесса глазами наивных субъектов: общее и частное

ССЫЛКА: Смирнова И.В. Объекты и отношения аналитического процесса глазами наивных субъектов: общее и частное // Материалы VI Зимней школы ЕКПП - Международной научно-практической конференции по психоанализу "Семья. Отношения. Аналитический процесс". - Екатеринбург: 2014. - С. 47-54.

 

Все мы родом из детства. Сквозь опыт первичных отношений мы смотрим на взрослые социальные отношения, рационализируя, вытесняя, проецируя неприемлемые импульсы. Типичные семейные отношения рождают некий обобщенный образ объектных отношений характерный для определенного сообщества. Частные случаи, образуя общие тенденции, позволяют нам говорить о ментальности[1] и менталитете группы.

В научный оборот термин "ментальность" ввел Леви-Брюль. Опираясь на базовое понятие Дюркгейма "коллективные представления", Леви-Брюль понимал под ментальностью совокупность эмоционально окрашенных социальных представлений. Широкое методологическое и инструментальное применение понятия "ментальность" нашло в трудах историков "Школы Анналов" и в исторической антропологии (Л.Февр, М.Блок, Ж.Дюби, Ж.Ле Гофф и др.) и со временем превратилось, по сути, в центральную категорию исследования культуры. Под "ментальностью" здесь подразумеваются разлитые в определенной социальной среде умонастроения, неявные установки, мысли и ценностные ориентации, текучие и вместе с тем очень устойчивые автоматизмы и навыки сознания, которые наследуются людьми от предшествующих поколений. В центре внимания оказывается образ мира, заложенный культурой в сознание индивида данного общества [[2]].

Исследование объектов и отношений аналитического процесса глазами наивных субъектов - часть более обширного исследования представлений о психоанализе в российской культуре.

Обзор результатов предыдущих исследований.

На предыдущих этапах мы выяснили, что представления о психоанализе в рамках российской ментальности имеют в своей структуре устойчивое ядро и периферию. Сформированные зоны ядра, потенциальной зоны изменений, периферической системы является признаком наличия устойчивых представлений о психоанализе в современной российской культуре. У респондентов есть эмоциональное отношение к человеку, обращающемуся к психоанализу, как о человеке уже не с медицинскими, а с психологическими, проблемамих[[3]]. Респонденты различных социальных групп в интервью описывают образ психоаналитика как позитивный, а образ клиента как негативный[[4]].

При сравнении представлений о психоанализе на сознательном и бессознательном уровнях мышления, выяснилось, что только на неосознанном уровне у респондентов присутствуют слова-символы, относящиеся к категории «практико-ориентированная деятельность". Отсутствие на уровне сознания слов-символов «практико-ориентированной деятельности" может свидетельствовать о болезненности данной темы для россиян и вытеснении ее, а, следовательно, об активизации защитных механизмов, сопротивлений при возможности обращения к специалисту[[5]].

На предыдущих этапах мы также попытались выявить ментальные особенности представлений о психоанализе через сравнение представлений россиян с представлениями французов о психоанализе. В ходе репликации исследования С.Московичи [[6]] были выявлены значимые темы для россиян в области взаимодействия в рамках диады специалист в области психического здоровья - клиент: о допустимости/недопустимости постороннего вмешательства во внутреннюю жизнь человека, о человеке как субъекте психического здоровья,о ценности понимаемой таким образом субъектности как праве человека самому распоряжаться своим психическим здоровьем,о влиянии психоанализа на личность. В аттитюде к психоанализу отмечается тенденция в сторону более благоприятного и менее негативного по сравнению с французской выборкой, но можно предположить наличие подводных течений и сопротивлений в обращении к специалисту, т.к. только одна пятая населения указывает на внутренние причины обращения к специалистух[[7]].

 Российские респонденты в 45% случаев полагают, что в процессе психотерапии личность не меняется (в глубинном смысле) (первая группа), в то время как 55% опрошенных верят, что личность подвержена глубоким изменениям (вторая группа). В оценке знака изменений, мнения представителей двух групп совпадают: преобладает представление об их позитивном характере (71% ответов).

Были выделены типы оснований (причин) обращения к психоанализу у россиян. Тотальные основания, в любом случае, обозначены в 13% случаев. Внутренние основания, такие как неспособность самостоятельно решить свои проблемы, восприимчивость человека к психотерапии, для понимания других, проблемы самопонимания, желание самого человека, назывались в 22% случаях. В 60% случаев респонденты указывали внешние причины обращения к психоанализу: амнезия, лечение депрессии, социальная дезадаптация, неадекватный человек, невроз, нервное расстройство, психическое расстройство, совсем все плохо, фобии, замкнутость, комплексы, коррекция поведения, профотбор, психологическая травма. Чаще в их числе упоминались проблемы обычной жизни, а не чрезвычайные обстоятельства или расстройства на уровне патологии [[8]].

Наибольшее количество значимых совпадений при сравнении результатов российской и французской выборки студентов были выявлены по теме вопросов, касающихся непосредственно образа психоанализа. Как и 50 лет назад, студенты черпают информацию о психоанализе не только из пространства образования, но и из СМИ, определяют аналитика чаще как психолога, обозначают возраст обращения к психоанализу, когда выстраиваются стабильные сексуальные отношения, обозначают извечные темы обращения к специалисту: "разочарование в любви" и "семейные проблемы".

Максимальное количество значимых различий при сравнении результатов российской и французской выборки студентов были выявлены по теме вопросов, раскрывающим влияние повседневной жизни на представления респондентов о психоанализе. В отличии от французских сверстников, российские студенты чаще обращают внимания на социальную составляющую, от отношений со специалистом ждут определенного эмоционального взаимоотношения (дружеской поддержки), уходят от мучительного выбора деталей, соскальзывая на варианты все или ничего, не имея опыта искупительных ритуалов прививаемых церковью, выбирают беседу как основной способ взаимодействия [[9]].

В процессе предыдущих исследований мы установили, что подавляющее большинство респондентов на сознательном уровне верят в позитивные изменения в процессе психоанализа, психоанализ определен как самое узнаваемое направление психологии, но на фоне явного положительного отношения к психоанализу существуют латентные признаки подводных течений и ловушек обращения к специалисту.

 Цель данного исследования: выявление априорных установок взаимодействия в диаде "специалист-клиент" через анализ изображений объектов и их свойств наивными субъектами.

Методы исследования: проективная методика психологического рисунка может быть продуктивно использована в рамках качественного и качественно-количественного социально-психологического исследования. Методика психологического рисунка, будучи качественной проективной методикой, способствует уменьшению степени влияния социальной желательности на получаемые данные [[10]]. Поэтому для выявления априорных установок мы использовали метод рисунка.

Респондентам предлагалась нарисовать первое, что приходит им в голову, когда они слышат или видят слово ПСИХОАНАЛИЗ и описать в двух-трех словах образ, который они нарисовали. Из 520 рисунков на тему психоанализ было отобрано 133 рисунка, в которых присутствовали диадные отношения "специалист - клиент".

Подбор метода обработки проективного материала. При анализе научных исследований мы ориентировались на исследования использующие психоаналитическую теоретическую базу. За основу мы взяли научную работу С.В.Авакумова " Манифестное содержание сновидений у лиц, обращающихся за психотерапевтической помощью"[[11]]. Теоретическая основа данного исследования включала в себя анализ исследований проективного материала с диагностической целью: исследования уровня репрезентации объекта в сновидении и систему интерпретации сновидений Z.Piotrowski.

Анализ исследований уровня репрезентации объекта в сновидении включил подход, предложенный A.Krohn и M.Mayman[[12]] основанный на концепции "репрезентации объекта", которая тесно связана с представлениями Эго-психологии. А также подходы М.Klein[[13]], W.R.Fairbairn[[14]], D.Winnicott[[15]], H.J.Guntrip[[16]], и более поздних поглощений этих традиционных английских концепций американским психоанализом, например, O.Kernberg[[17]], H.Kohut[[18]]. Основная идея данных подходов заключается в том, что степень дифференциации и развития представлений об объекте зависит от природы процесса интернализации, которым они были интегрированы. Наиболее примитивные интернализации ведут к опыту самого себя и/или других людей как - либо высоко идеализированных, либо совершенно пустых и презираемых."     

Система интерпретации сновидений Z.Piotrowski включает предположении о связи степени приемлемости определенных качеств респондента и особенностей фигур проективного материала. Чем менее приемлема какая-либо собственная черта характера респондентом, тем более «удаленной» фигурой она изображается в проективном материале. Наиболее приемлемые черты респондент приписывает себе, а самые неприемлемые - неодушевленным объектам и спонтанным движениям[[19]]. Всякое действие в рассказе выражается глаголами. Один из фундаментальных принципов Z.Piotrowski состоит в том, что сновидение не искажает бодрственный смысл глаголов. То есть, действия, описываемые глаголами в рассказе о сновидении, имеют аналоги в бодрствующей жизни сновидца. Правило "правдивости глаголов" упрощает процесс интерпретации и делает его более достоверным.

Преимущество данной работы для нас представлялось в том, что процедура формализации содержания проективного материала, разработанная автором, дает возможность рассмотреть полученные обобщенные данные с точки зрения уровня репрезентации объекта, предположить приемлемость черт клиента, специалиста для наивного субъекта, анализ глаголов, используемых при описании рисунков, позволяет выявить типичные стереотипы поведения в ситуации психотерапии.

В своем исследовании при работе с полученными данными за основу мы взяли методику формализованного исследования манифестного содержания сновидения, разработанную С.В.Авакумовым[5]. Оригинальная процедура формализации содержания проективного материала состояла из четырех этапов. Для достижения нашей цели мы использовали два первых этапа, модифицировав их, учитывая специфику нашего проективного материала.

Первый этап включил выделение объектов "Специалист", "Клиент" и отнесение каждого объекта к шести категориям образов, выявленных в ходе предварительного содержания рисунков:

- целостный (прорисованный) объект (соответствует пятому уровню репрезентации объекта) (демонстрация рисуночного материала);

- целостный (схематизированный) объект (соответствует четвертому уровню репрезентации объекта) (демонстрация рисуночного материала);

- частичный объект (соответствует третьему уровню репрезентации объекта(демонстрация рисуночного материала);

- животное, (демонстрация рисуночного материала);

- фантастический объект, рисунки - 164, 349;

- неживой объект, рисунки - (демонстрация рисуночного материала);

Было выявлено, что целостный и частичный объект преобладает в изображении "Клиента", неживой объект в 7 раз чаще преобладает при изображении "Специалиста". Данное исследование подтверждает, что уровень репрезентации объекта не может быть выше репрезентации себя в объектных отношениях. Образ специалиста более удален от образа реального объекта, чем образ клиента. В рисунках наивные субъекты идентифицировали себя с потенциальным клиентом.

На втором этапе для каждого маркированного объекта отмечались свойства в виде наличия активности объекта, выделялись глаголы характеризующие активность. На этом же этапе мы выделили маркеры деструктивности, поражения объекта (рисунки - 22, 368, 349).

Был составлены отдельные списки глаголов используемых при описании активности Специалиста, Клиента. Выделена подкатегория "взаимной активности".

Правило "истинности глаголов" Z.Piotrowski позволило установить, что при взаимодействии с помогающими (родительскими) фигурами в 63% случаях наивные субъекты априори настроены на пассивность, ожидая активных действий со стороны помогающей (родительской) фигуры. В 5% случаях респонденты будут ожидать явно деструктивных действий со стороны специалиста, а следовательно нейтральное действие специалиста может быть проинтерпретировано субъектом как деструктивное из-за наличия соответствующих априорных установок. В 14% случаях центр активности находится в самом наивном субъекте при пассивности помогающей (родительской) фигуры (специалист как средство достижения цели). В 22% случаях респонденты априори настроены на активное взаимодействие обоих участников в диаде "Специалист-Клиент", предполагая, что психотерапия - это деятельности обоих.

Анализ глаголов показывает, что помогающая (родительская) фигура это та, которая считывает информацию, анализирует, проводит беседу с целью оценки, проверки, иногда копается в мозгах и даже пытает. Основная фантазия по поводу активности значимой (родительской) фигуры не отзеркаливание, не поддержка, а установление соответствия Клиента заданному образцу, где несоответствие шаблону может закончиться смертью (рисунок - 332). Гипноз как средство воздействия на неосознанном уровне преобладает чаще, чем на сознательном.

Таким образом, при анализе изображений наивными субъектами объектов и аналитических отношений выявлены тенденции пассивности субъекта и потребность во внешних критериях оценки себя. Полученные результаты можно рассматривать с точки зрения развития объектных отношений и предположить типичное прохождение стадий развития объектных отношений россиянами, определяющих типичные особенности ментальности

 

 

[1] "Ментальность (лат. mens – ум, образ мыслей, склад ума) - совокупность установок сознания, привычек мышления, предрасположенность восприятия, поведения и повседневных верований индивида и социальной группы. Ментальность формируется под влиянием культуры, традиций, социальных структур"( Словарь философских терминов, 2004)



[2] Словарь философских терминов / Научная редакция профессора В.Г.Кузнецова. - М.: ИНФРА-М, 2004. - ХVI, 731с., С.316



[3] Левченко Е.В., И.В. Смирнова. Представления о психоанализе у россиян. ISSN 2303-9868 Международный научно-исследовательский журнал Часть 3 №5 (5) 2012 (с.90-91)



[4] Смирнова И.В. Репликация исследования С.Москвичи: методологические трудности, результаты// Вестник пермского университета. Серия Философия. Психология. Социология Выпуск 4 (16) 2013, С 149-158



[5] Смирнова И.В. Существует ли идентичность психоанализа в пространстве современной российской культуры? // Международный научно-исследовательский журнал : Сборник по результатам ХХ заочной научной конференции Research Journal of International Studies. Екатеринбург. : МНИЖ – 2013. – № 10 Часть 4. – С. 59-63



[6] Psychoanalysis: Its image and its public. Serge Moscovici. ISBN: 978-0-7456-3269-8. Paperback. 416 pages. February 2008, Polity.



[7] Левченко Е.В., Смирнова И.В. О методологических трудностях эмпирического исследования представлений современных россиян о психоанализ// Сибирский психологический журнал. 2013 № 47 с. 103-110



[8] Левченко Е.В., Смирнова И.В. О методологических трудностях эмпирического исследования представлений современных россиян о психоанализ// Сибирский психологический журнал. 2013 № 47 с. 103-110



[9] Смирнова И.В. Репликация исследования С.Москвичи: методологические трудности, результаты// Вестник пермского университета. Серия Философия. Психология. Социология Выпуск 4 (16) 2013, С 149-158



[10] Шайдуллина Ю.А. Методика психологического рисунка в качественном социально-психологическом исследовании: Дис. ... канд. пси­хол. наук/ Ю.А. Шайдуллина - Москва, 2005.



[11] Авакумов С.В. Манифестное содержание сновидений у лиц, обращающихся за психотерапевтической помощью: Дис. ... канд. пси­хол. наук/ С.В. Авакумов - Санкт-Петербург, 2005.



[12] Krohn A., Mayman M. Object representations in dreams and projective tests //Bull. Menninger Ciin. - 1974,- 38.- P.445-466.



[13] Klein   M. Contributions to Psycho-Analysis, 1921-1945. - London: Hogarth Press, 1948. -620p.



[14] Fairbairn           W.R.: An Object Relations Theory of Personality.- New York: Basic Books, 1952. - 515p.



[15] Winnicott D.W. The Child and the Outside World // Janet Hardenberg, ed. -New York: Basic Books, 1957. - 315p



[16] Guntrip              H.J. Psychoanalytic Theory, Therapy, and Self. - New York: Basic Books, 1971,- 521p.



[17] Kernberg           0. Structural Derivatives of Object Relationships IIInt. J. Psychoanal. - 1966. -№ 47.-P.236-289.



[18] Kohut H. Analysis of the Self. - New York: Int. Univ. Press, 1971.- 650p.



[19] Piotrowski Z.A. The Thematic Apperception Test of a schizophrenic interpreted

according to new rules //Psychoanal. Review. - 1952.-39.- P.230-251.



2016-11-18
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?