Недетские проблемы

38epxov7t1q9nmm2

Меня часто спрашивают, можно ли работать с детьми в психотерапии. Можно ли им помочь справиться с сильными переживаниями, со стрессом. Конечно – да, помочь ребенку прожить когда-то остановленные чувства даже необходимо.

Природа создала человека так, что у него всегда есть отклик на происходящее. Чувства дают энергию, помогают ориентироваться в этом мире и точно понимать, чего хочешь. Все, что происходит с нами в детстве, происходит впервые и оставляет значительный эмоциональный след.

У ребенка пока еще мало информации об окружающем мире – о природе, о людях, о социуме, о законах писаных и негласных. И, когда что-то случается, ребенок воспринимает это как данность, порой он просто не понимает, что с ним происходит.

В этом случае от травматических, стрессовых ситуаций больше защищены те дети, с которыми честны родители. Если родитель дает себе право быть живым – открыто реагировать на происходящее с ним в жизни, говорить о том, что его волнует, о чем он переживает, то и ребенок может это делать.

Однако, к чувствам порой нет доступа. И тогда бывает трудно осознать, что с тобой, злишься ты или обижаешься, радуешься или грустишь. Такое случается, когда близким небезопасно рассказывать о себе – скажешь о своих чувствах, а тебя поругают или застыдят, потому что не принято говорить о чувствах, на чувства в семье запрет, а уж в детском саду, школе – подавно. Тогда у ребенка может не быть примера, что можно выражать свои чувства и как их выражать. Чувствительность как бы замораживается – чувств нет. В подобной ситуации важно, чтобы какой-то значимый для ребенка взрослый дал разрешение на разные чувства, смог пережить с ним вместе и стыд, и боль, и злость, и отвращение, чтобы показал пример, как быть живым.

Скоро Новый год, и мне вспоминается одна моя маленькая клиентка.

Катя – девочка скромная, сдержанная, отзывчивая, старательная. Про таких говорят «правильный», «воспитанный» ребенок. Наверное, из-за всех своих «положительных» качеств и внешности немного смахивает на старушонку. Светленькая, с косичками, да еще и одета «на вырост» - длиннющая юбка со складками.

Занятие это было первым после новогодних праздников. Психологическое занятие началось как обычно: с чем вы пришли, как жили без нас, что больше всего запомнилось, осталось в памяти ярким впечатлением, чем хотите поделиться.

Катя рассказала, что в этом году сделала подарок Деду Морозу, а то, он-то каждый год радует нас с братом подарками – вот и приготовила медаль для Деда Мороза. Уже сесть хотела, но… личико сделалось серьезным, девочка кокетливо повернула голову на бочок: «У нас пожар в школе был, я гимнастикой, где занимаюсь», - и подтверждающее кивает, кивает головкой. «Как это произошло?» – я от неожиданного поворота дел даже растерялась… А Катя, продолжая периодически кивать головкой, рассказывает: «Я побежала и упала да, наступили да, да, – серьезная такая и собранная, как будто контролирует каждое произнесенное вслух слово, как будто бы сама себя боится слышать. Тут дети вступили: «Ей по спине прошлись…» Катюша смотрит серьезно, не моргая, требовательно. Еще и еще говорит, но к самому страшному подойти боится, сказать те самые точные слова не решается, только головкой кивает на рассказы детей «верно они говорят, все правда».

После того, как ребята поделились своими впечатлениями от праздничных дней, они приступают к зарисовыванию самых ярких эпизодов. «Катя, а ты нарисуй сначала то, что случилось в спортивной школе, а потом – что захочешь» - предлагаю девочке. Та охотно соглашается. Катя сидит рядышком со мной. Специально никуда не отхожу, наблюдаю, как ребенок справляется со своими переживаниями, постепенно входя в страшную ситуацию, проживая ее, чтобы стать свободным.

«Вот тут загорелось (показывает сверху на лампы), сначала свет погас, мы думали, просто, а потом – пожар», - показывает и рассказывает мне прямо со своего места (дети обычно делают выставку из рисунков, рассматривают ее, потом рассказывают о своих работах) как только закончила рисунок. (На какое-то время мы с Катей остались как бы наедине - группа ребят работала тихо, почувствовали, что нам надо сейчас слушать Катю). Плафоны прорисованы ручкой, желтым карандашом лампочки и насыщенный оранжевый – «пожар начался». А внизу разноцветные люди – большие и маленькие – «Вот все побежали…». «Тренер нам сказала». «Я к маме побежала – паника была (как бы оправдывает тех, кто причинил ей боль)… Меня кто-то поднял… И мы с мамой домой пошли… Скорую вызвали, они посмотрели меня и лекарство назначили,.. спину мазать…». Катя не перестает кивать головкой, как будто подтверждает свои же слова. Говорит сдержанно, голос почти не модулирует. «Вот…», - встала и подошла ко мне с рисунком. «Вот здесь стало гореть», - уже бойчей и громче.

«Катя, ты хочешь рассказать о случившемся?». «Да». «Только мне или и ребятам тоже». «И ребятам». Девочка берет листок с рисунком в руки и вновь пересказывает этот страшный случай. Дети слушают спокойно – они-то уже пережили Катин страх. А рассказ девочки оброс новыми подробностями события. Катя уже довольно смело называет те самые страшные моменты, которые всего полчаса назад обозначала только кивком головы.

Выяснилось, что, когда во время очередной тренировки в спортивной школе начался пожар, тренеров в зале было трое. Один из них подозвал ребят к себе, Катя побежала в раздевалку за вещами, а потом уже к маме, с ней был ее младший брат, Катя споткнулась и упала, оказалась под ногами бегущей толпы, несколько человек пробежали ей по спине… О случившемся Катя рассказала маме не сразу – только дома, а скорая уехала от них «уже совсем поздно – братик спал»…

Катя глубоко вздохнула, еще раз взглянула на свой листок, потом на меня и направилась к своему столу. «Я буду рисовать», - сказала она уверенно.

…Нарисовала большую наряженную елку: «Это мы с папой нарядили уже елку!»

На психологических занятиях большое внимание уделяется чувствам детей и взрослых, работа ведется индивидуально, в парах, малых группах. На терапию приходят всей семьей, чтобы разобраться с проблемами, а не убегать от них.

Что же касается детей, то пример как быть живым им дает, прежде всего, психолог, в присутствии которого и родители становятся открытыми и доступными. А если сложно работать напрямую, то работа ведется опосредовано – с помощью рисунка, игрушек, песка, танца, пения. Эти средства помогают и детям, и взрослым прикоснуться к своим чувствам, разделить свои переживания с психологом и стать чуть-чуть свободнее.



!



Рекомендуем Вам похожие статьи: