Музыкальная терапия с особыми детьми.

38epxov7t1q9nmm2

Пол Нордофф и Клайв Роббинс в свое время создали уникальное направление в музыкальной терапии - подход Нордофф-Роббинс.

В свое время они брались за детей, от которых отказывались все школы и педагоги. Все ставили на них крест - дети необучаемы, с ними невозможно установить контакт и, как следствие, невозможно проводить никакие занятия. 

Но Нордофф и Роббинс решили попробовать найти "мостик" к этим детям через музыку. 

При этом авторы подхода неоднократно говорили о том, что для каждого ребенка должна быть создана своя собственная музыкальная терапия, каждое упражнение и метод должны быть адаптированы к запросам и возможностям ребенка. 

Так же они записывали каждую сессию на видео, чтобы проанализировать ход работы, увидеть то, что могли упустить в процессе взаимодействия, сделать выводы. 

Да, сейчас мало кого удивишь индивидуальным подходом к особому ребенку, но дело было в ХХ веке, и тогда подобные идеи были новшеством. Хотя и сейчас много ли найдется специалистов, снимающих на видео свои сессии и анализирующих их? 

В общем, Пол Нордофф и Клайв Роббинс брались за дело основательно, тратили кучу времени на подготовку к каждой конкретной сессии с каждым конкретным ребенком.

Но в чем же заключался их подход? 

Пожалуй, самый сложный вопрос. Ведь с одной стороны - все просто.

В работе участвуют два специалиста, один импровизирует на фортепиано (именно на фортепиано) и поет, второй помогает ребенку освоиться с простыми музыкальными инструментами. При этом импровизация является "музыкальным зеркалом" каждого действия ребенка. Своеобразная обратная связь, или же реакция на стимул, если выражаться в терминах поведенческой психологии. 

Таким образом выстраивается невербальная коммуникация с ребенком, устанавливается "музыкальный контакт". 

Но с другой стороны - попробуйте это повторить. 

Попробуйте в течении 40 минут импровизировать на фортепиано и петь, отражая то, что делает ребенок. При этом быстро переключаясь с одного темпа на другой, с одной гармонии на другую и т д. Ведь ребенок не сидит на месте. Он может бегать, а затем внезапно замереть. Может громко кричать, а потом начать улыбаться. 

Это не так уж просто, скажу я вам. 

Нордофф и Роббинс отмечали, что специалист, играющий на фортепиано, должен быть виртуозным музыкантом с отличными навыками импровизации. Даже не так, не просто музыкантом, а Музыкантом с большой буквы.

Сейчас обучение музыкальной терапии по методу Нордофф-Роббинс является самым продолжительным и трудоемким из всех остальных подходов мт. 

У читателя может возникнуть вполне резонный вопрос: "А может ли ребенок, с тяжелыми психическими и физическими нарушениями воспринимать музыку?".

Ответ - да, может. Авторы данного подхода утверждали, что внутри каждого ребенка есть music child (музыкальный ребенок) - способность воспринимать и играть музыку, которая сохраняется вне зависимости от диагнозов/особенностей. Исключение, пожалуй, составляет амузия. 

И задача специалиста - найти "дорогу" к music child.

В заключении поделюсь мыслью, которую Нордофф и Роббинс сказали в одном интервью. Перевод вольный и не дословный, но идея сохранена.

Если ребенок на наших занятиях улыбается, если он смеется и ему комфортно - это уже огромный результат для нас. 

Роман Александрович

!



Рекомендуем Вам похожие статьи: