Мужские страхи. Будни людоеда.
И все же мне было отчаянно жалко троих мужчин.
Первому было девять – он не мог быть сосредоточенным на уроках, рисовал бомбы с зажженным фитилем и съеживался от голоса отца.
Второму – восемнадцать – он прогуливал институт, занимал деньги и каменел от голоса отца.
Третьему – тридцать – он лечился от наркомании, жил в спартанских условиях и клал трубку, когда отец пытался с ним поговорить.
Общим у них было то, что их отцы отчаянно и самозабвенно имели на них свои амбициозные планы. Они пытались выжить в ситуации, когда тот, кто должен их защищать и уважать, превращал их в собственное нарциссическое расширение и унижал.
А что отцы? Это были очень достойные люди – они многого добились в своей жизни. У них была маленькая слабость – они были обижены на своих отцов, считали, что те дали им слишком мало и хотели это исправить, дав сыновьям много,… слишком много, не интересуясь, чего они сами хотят, пытаясь сломить их сопротивление.
А что стоит 35- летнему мужчине ультимативно объявить своему отпрыску, что он намерен вырастить из него достойного продолжателя рода, и не собирается считаться с его слабостями (на деле, с особенностями, т.е. с ним самим).
Или 45-летнему заявить, что он будет гордиться им, только по окончании оплаченного института, а ничтожеством быть (т.е. тем, кем сын сам хочет) он ему не позволит.
55-летний, осознав масштабы своего участия в катастрофе, просто учился принимать в сыне взрослого, самостоятельного человека, и пресекать свои порывы «улучшить» его жизнь, сделав ее более комфортной. К тому времени, он уже так много дал своему сыну, что можно было бы на эти деньги улучшить экономическую ситуацию небольшой африканской страны.
А что же сказки? Что за путь отца там сохранен в культурных кодах традиции? Мужские сказки сплошь кишат Царями, Людоедами и Кощеями. И это все Отцы. В нашей традиции Цари разнообразны: от мудрых, вручающих стрелу и запрашивающих обратную связь о качестве выбранного, до самодуров, дающих сыновьям трудные задания. И эти вторые кажутся мне более реалистичными и напоминают европейских Людоедов.
Повторюсь, умирающие в сказках матери и отцы и появляющиеся мачехи, ведьмы, великаны и людоеды – это лишь образ смены родительской роли в сознании взрослеющего ребенка. Родитель перестает быть теплым, защищающим и принимающим, становится требовательным, оценивающим и конкурирующим.
Мне нравится, что сказка разделяет жизни мальчика и людоеда. Это всегда другой дом, другая территория. Мальчик в ней незваный гость. Он чувствует, что здесь все принадлежит другому хозяину. И настоящий хозяин сам ничем делиться не намерен: ни покупать машину, квартиру, ни оплачивать институт, ни кормить. Того и гляди, сам станешь его едой. Взрослеющему мальчику пристало прятать свои желания от отца, а не капризно требовать их исполнения.
И все-таки во многих сказках Людоед вовремя засыпает и молодой герой что-то крадет, отвоевывает у своего отца-Великана. Что же?
Золото – символ света, истины, смелости, величия, самоуважение.
Курочка – символ жизни, мироздания, рождения, вера в свои таланты.
Арфа – символ эмоций, душевных сил, свой голос, способность выразить себя.
Конь - интеллект, мудрость, знатность, свет, проворство, быстроту мысли, символ плодородия, мужества и мощной власти.
Жар-птица – жизнь, свет, возрождение.
Царевна – любовь, счастье.
В конце любой мужской сказки Кащей, Великан, Людоед, Царь-самодур погибают. И ответственность за свою жизнь – царство – полностью переходит молодому герою.
Можно ли без этого стать настоящим мужчиной – опорой своей женщине и защитником своим детям?
Баюшки-баю величественные Людоеды и могущественные Цари, пусть ваши сыновья повзрослеют и проживут свою жизнь. Хватит быть для них дойной коровой. Обратите внимание, в отличие от девочек, природа снабдила их волшебными бобами.
!

