Мужчина и Стокгольмский синдром


На консультацию пришёл мужчина с виду сильный, уверенный, успешный, а в душе ребёнок. Пока я не начала практиковать, у меня существовал стереотип, что мальчики не плачут. Но оказалось, что в мире много мужчин, которые в каких-то вопросах могут быть гораздо чувствительнее женщин. 

Этот мужчина, назовём его Алексей, озвучил свою проблему как нерешительность в бизнесе, потеря жизненных ориентиров, агрессия.

"Я понимаю, что должен развивать свой бизнес, двигаться вперёд, но я не могу. На меня нашло какое-то отупление и лень, даже апатия. Я срываюсь на жене и детях, за что потом себя корю. Что мне делать?"

И вроде внешне у Алексея всё нормально - любящая жена, дети, достаток, а внутри полный разлад с самим собой.

Я попросила Алексея рассказать, как проходило его детство. Оказалось, его родители всю жизнь прожили неофициально и при рождении ему досталась фамилия матери.

"Отец был профессором в вузе, а мать - разведенная молодая лаборантка. Несмотря на то, что он был женат, у них закрутился роман, в результате которого появился на свет я".

Алексей очень много рассказывал о своём отце и только об отце, о его скоропостижной смерти и вкладе в науку, даже показал часть его монографий и какой-то научный фолиант.

Я спросила, почему он выбрал центральной тему отца, а не жены, матери или детей.

Алексей ответил: "Не знаю, у меня всегда было какое-то особое отношение к отцу, я его лучше всех чувствовал. Даже сейчас в моей жизни повторяется его история. Я женат, но влюблен в новенькую молодую сотрудницу, которую недавно принял к себе на работу. Хочу, чтобы она мне сына родила. Я такой раздраженный наверно потому, что разрываюсь между своим желанием завязать роман с сотрудницей и чувством долга перед женой, с которой у нас общая дочь".

Я спросила Алексея о его отношениях с матерью, почему о ней он почти ни слова не сказал.

Мужчина ответил, что его мать всегда была достаточно сильная психологически и её забота всегда немного напрягала. Отец, в отличие от матери, всегда казался ему более уязвимым и именно отношения с отцом вызывали у него душевную боль.

Я спросила Алексея: "Может, Вы жалеете отца, потому что видите в нем себя сегодняшнего? Может, жалея отца, вы, в действительности, жалеете себя? Представьте себя маленьким мальчиком в том далеком детстве. За что бы вы себя пожалели?"

Алексей сильно задумался и стал вспоминать:

"Я бы пожалел себя за то, что отец не хотел, чтобы мать меня рожала. Он ведь предлагал ей сделать аборт. А когда я родился, он привязался ко мне".

Потом были воспоминания, как отец жил на две семьи, постоянно был занят своей профессорской деятельностью, различными конференциями, в виду чего не уделял сыну того внимания, какого бы ему хотелось.

За всю жизнь он не оставил им с матерью ничего, кроме своих научных изысканий и старой машины марки "Жигули".

"Мне всегда его не хватало и я не понимал, как работа может быть дороже своих детей. Его дочь от первого брака покончила с собой. И умер он так внезапно от инсульта. У меня будто почву выбили из-под ног, когда его не стало" - завершил Алексей свою историю и пожелал уйти, чтобы побыть наедине с собой.

На следующий день мы с ним обсудили его внутренний конфликт.

Всё это время в мужчине сидела невыраженная обида на отца, которая вытеснялась. Алексея страшило непринятие отца, а потому он стремился идентифицировать себя с ним, идеализировал, чтобы заслужить его любовь. А свою вытесняемую обиду и гнев он переключал на жену и детей, реже на мать. Его состояние можно было охарактеризовать как Стокгольмский синдром, когда жертва начинает оправдывать и идеализировать своего обидчика.

В попытках что-то доказать своему отцу, Алексей вырос трудоголиком и перфекционистом. Он выматывал себя на работе настолько, что мог расслабиться только в состоянии алкогольного опьянения. Не раз его посещали мысли о суициде.

Ему стало легче, когда он осознал, что его отец никогда не был идеальным и перестал отождествлять себя с ним.

Но ему ещё только предстоит проделать долгую и интересную работу над собой.



!



Рекомендуем Вам похожие статьи: