— Я не думаю, что все случаи сексуальной перверсии связаны исключительно с какими-то генетическими изменениями. Как бы странно это ни прозвучало, но на уровне психики, на уровне бессознательного мы все рождаемся бисексуальными — младенец не понимает, что значит быть мальчиком или девочкой. Половая идентификация у ребенка происходит уже позже.
— А родители должны обращать внимание на какие-то конкретные детали в поведении ребенка?
— Не думаю, что надо пугаться, если маленький мальчик накрасил ногти или надел мамины туфли на каблуке, — для него это забава, игра. Тем более нет ничего ужасного в том, что мальчик любит играть с девочками, это как раз нормально — они и должны его привлекать. Другое дело, что люди часто удивляются: «А что, надо конкретно воспитывать мальчика или девочку? Они разве не сами вырастут?» Дети не сорняк, сами не растут.
— Так что же может нарушить нормальную половую идентификацию?
— Увы, очень часто женщина на подсознательном уровне не принимает сына. Это не значит, что она плохая мать, просто в детстве у нее наверняка были большие проблемы с собственным отцом. И потом она так и не научилась принимать мужчину: его первенство, его доминанту в семье. Но ведь и сын в свое время начнет показывать свой характер, добиваться такого же лидерства. И это просто необходимо признать. А что делать, если мама на это не способна? Она изначально не дает мальчику проявлять себя как будущего мужчину.
— Выходит, родители должны больше обращать внимание на свое поведение, чем ребенка?
— Особенно в его раннем возрасте. Бывает категорический запрет на проявление агрессии по отношению к девочкам. Понятно, что мальчик не должен первый поднимать руку на девочку. А если она его бьет? А если не одна, а с подружками? А ему твердят: «Ты все равно не должен отвечать, ты же мужчина». А как же он будет выстраивать свои границы? Как в нем сформируется в будущем понимание того, что женщине можно, а чего нельзя, как в семье должны распределяться роли? И если в ребенке мужское начало так тотально подавляется, то в какой-то момент он может позавидовать девочкам: у них больше привилегий, им больше позволено, им больше всего покупают, их больше любят. И где-то может сработать механизм: «А стану-ка я девочкой!» Или другой вариант, когда папа очень жестко воспитывает мальчика. Когда в какой-то страшный для малыша момент вместо любви и поддержки следует: «А ну, не смей реветь! Ты же мужик!» И тогда у ребенка может возникнуть ощущение, что мужиком быть опасно, но как быть девочкой, он тоже не понимает. Вот и получается «недомальчик» и «недодевочка». Мальчику со стороны папы очень нужны и жалость, и сострадание, и ласка. Но только в их мужском проявлении. Папа же не кинется, как мама, расцеловывать ушибленную коленку, но он все равно обязан как-то по-другому выразить свое сочувствие, показать, что ему не безразлична боль ребенка. Кроме того, папа отвечает за своего рода посвящение мальчика в мужчины. И речь тут, извините, не о девицах легкого поведения, а о том, чтобы брать мальчишку с собой на рыбалку, на футбол, в походы. Тогда сынишка будет знать, что у них с отцом есть их настоящий мужской мир, перед ним будет отцовский пример.
— А какие ситуации в семье могут провоцировать сексуальную перверсию у девочек?
— Опять же представьте себе очень властную маму, которая во всех ситуациях ведет себя как командир. У такой женщины наверняка очень пассивный и «мягкотелый» муж. Девочка растет в этой обстановке и понимает, что таким мужчиной быть нельзя. Более того, у нее формируется представление, что мужчины вообще уважения не заслуживают, с ними попусту не стоит иметь дела. И в будущем у нее может возникнуть потребность выстраивать свои отношения с женщиной, как с более достойным любви объектом. Но в этих отношениях она, конечно, возьмет на себя привычную уже доминирующую роль мамы и станет этаким мужиком в юбке. Возможна и другая ситуация, когда папа пьет, поколачивает маму и дочку, а мама, не видящая для себя другого варианта жизни, исподволь внушает девочке, что «да все они, козлы, одинаковы». Мама тем самым пытается оправдать свое долготерпение и не понимает, что формирует у девочки жизненную установку. Мы с вами раньше уже говорили, что девочка фактически перенимает мамин сценарий и тоже всю жизнь будет нарываться на таких же «козлов», поскольку иной модели семьи никогда не видела. Но ведь возможен и другой вариант. Не желая иметь дело с «козлами», девочка переключит свое внимание на представительниц своего же пола: с ними спокойнее, надежнее, безопаснее, они скорее поймут. Понятно, что в таком тандеме она займет, конечно же, подчиненную роль.
— Вот вы говорите о необходимости помогать детям в процессе их половой идентификации, об ошибках взрослых на этом этапе. А в Швеции сейчас появились так называемые гендерные детские сады. В них все с точностью до наоборот: к малышам ни в коем случае не обращаются «мальчики» и «девочки», их называют просто «дети». Запрещены все классические сказки, в которых герой должен быть смелым и мужественным, а героиня — нежной и женственной. Аргументируется это тем, что ребенку нельзя навязывать гендерные установки: дескать, пусть он сам, без всякого вмешательства определится — мальчик он или девочка.
— Ну, это полный абсурд. Я уже говорила, что ребенок не растет сам по себе, как сорняк. Да, ему надо объяснять, что такое быть мальчиком и что такое быть девочкой. Ему надо показывать модели мужского и женского поведения, а лучший образец этого — как раз дан в сказках. Детям надо показывать границы мужского и женского поведения, потому что без границ любая вещь превратится в ничто. Самое смешное, что если ребенок родился «запрограммированный» на нетрадиционную сексуальную ориентацию, то никакие сказки ему потом не помешают эту ориентацию выбрать, так что никакого нарушения «свободы выбора» тут нет. Если это природа, то она свое возьмет. Но зачем же всех остальных лишать нормального воспитания? Лично я только приветствую, когда в детских садах и школах девочки должны ходить в юбочках и платьицах, потому что это воспитывает в них женственность.
— Вы говорили о разных семейных ситуациях. Но ведь не каждый ребенок, оказавшись в такой ситуации, выйдет из нее с нетрадиционной сексуальной ориентацией?
— Безусловно! Кто-то перенесет это в личные отношения, кто-то — в профессию, кто-то заложит как чисто личностные черты характера. Но кто-то может и склониться к однополой любви. Потому что те случаи, о которых я говорю, не являются гармоничными семейными отношениями, и ребенок в них не может вырасти гармоничной личностью. «Перекосы» в родительских коммуникациях так или иначе отразятся на его судьбе, и не лучшим образом. Не будем забывать и про скрытый гомосексуализм, не приводящий к любовным союзам. Самый яркий литературный пример — Шерлок Холмс, который ни с одной женщиной не смог выстроить отношений. Единственный, с кем у него отношения сложились — это доктор Ватсон, без которого он уже жить не мог. Мы знаем немало примеров, когда две подружки старые девы живут вместе, поскольку ни одна из них не смогла нормально общаться с мужчиной, а вот вдвоем им очень комфортно, уютно, безопасно.
— Выходит, что при домострое, когда роли мужчины и женщины были строго предопределены, сексуальных перверсий по определению не могло быть? Ну, за исключением тех случаев, когда это заложено самой природой…
— Мне почему-то кажется, что когда это предопределено природой, то все проходит гораздо легче. А вот когда ситуация в семье мешает нормальной половой идентификации, когда она подавляет в ребенке его естественное мужское или женское начало, тогда все проходит куда сложнее и болезненнее. Потому что происходит ужасное: ребенок просто не может понять, мальчик он или девочка. Вспомните, нередко встречаются парни, которых девушки воспринимают только как добрых друзей или даже подружек, не видя в них мужского начала. При этом и в мужскую компанию они влиться не могут, поскольку чувствуют себя там чужаками. Что делать такому молодому человеку? Ведь все мы — существа социальные, и нам очень важно найти «свою стаю», пусть она даже будет «другого цвета». А вот если человек такой «стаи» не находит, он становится бесконечно одинок. Я даже скажу больше: на мой взгляд, такое одиночество намного страшнее, чем «нетрадиционная любовь», в которой люди могут быть счастливыми.
— А что бы вы сказали родителям, чьи дети по той или иной причине все-таки склонились к нетрадиционной сексуальной ориентации?
— Я бы сказала: раз так все сложилось, то принимайте и любите детей такими, каковы они есть. Да, они разрушили ваши представления о них и их будущем, но от этого они не перестали быть вашими детьми. Если вы их на самом деле любите, то просто будете желать им счастья.
!

