КТО УПРАВЛЯЕТ НАШИМ ПОВЕДЕНИЕМ?
О чём пойдет речь…
« Если мне никто не мешает, то управляю собой, конечно, я». Наивные люди…
О поведение «на автопилоте»: кто нами управляет?
О поведении «на ручном управлении»: кто нами управляет?
Где создаются программы управления нашим поведением?
« Если мне никто не мешает, то управляю собой, конечно, я».
Наивные люди…
Если быть формалистом, то на вопрос — кто нами управляет — необходимо ответить так: нашим поведением могут управлять другие люди (начальник, дежурный), законы («правила поведения в...»), и мы сами. Но применительно к описываемой ситуации, допустим, — беседе двух свободных деловых партнеров, когда действия, высказывания каждого из них вполне добровольны, мы не будем рассматривать ситуации принудительного поведения.
Итак, в ситуации беседы двух свободных партнеров, собеседников наше поведение определяется нашим же состоянием, т. е. нами самими. Значит, когда нас никто не заставляет насильственно что-либо делать, мы сами управляем нашим поведением, т. е. мы вольны делать так или иначе, поступать таким-то образом или по-другому. Мы управляем своими словами, интонацией, темпом, движениями. Я захочу — пожму руку собеседнику, не захочу — не пожму; я захочу — сделаю ему комплимент, не захочу— не сделаю; я захочу — буду говорить мягко, захочу — резко. Как я захочу, ибо в этой ситуации я свободен в выборе поведенческих актов (никто мною не командует — ни начальник, ни учитель, ни родитель, ни милиционер). Но что значит «я хочу»?
—Ну ясно же, автор. — это моя воля! «Я хочу» — значит, это мое желание! И не стоит здесь теоретизировать, уважаемый автор! Если мне не запрещают правила или другие люди, то я поступаю так, как я хочу.
—Ах, если бы это было так! Только вот вопрос: а откуда появилось у Вас это желание? Впрочем, не будем спорить, а лучше обратимся к практике, которую, как известно, именуют критерием истины.
О поведение «на автопилоте»: кто нами управляет?
Вы идете по улице. Идете и думаете о чем-то своем. Погода хорошая, весна наступает, скоро будет тепло. Красота! Ваше поведение ничем не отличается от поведения обычного прохожего. Назовем его «поведением прохожего». Итак, Вы идете, идете, скользите взглядом по лужицам, по лицам встречных, по витринам магазинов. И вдруг среди прохожих мелькнуло вроде бы знакомое лицо. Вы посмотрели повнимательнее и тотчас узнали: да это Ваш бывший одноклассник, друг детства! И он Вас узнал! Господи, сколько лет, сколько зим! Надо же, какая неожиданная и приятная встреча — друг детства! Ведь когда-то Вы с ним... Стоп! Сейчас не очень интересно знать, что Вы с ним лазили за яблоками в чужой сад или ухаживали заодной девчонкой. Сейчас для нас важно Ваше поведение. Итак, Вы увидели знакомое лицо, вспомнили, узнали — друг детства, обрадовались... И Ваше поведение — это уже не «поведение прохожего», а «поведение при радостной встрече»: Ваше лицо расплывается в улыбке, Вы широко разводите руки, затем обнимаете Вашего друга, затем хлопаете его по спине, еще ткнули кулаком в грудь («Ух, какой ты стал здоровый!»), и все это сопровождается словами: «Откуда ты здесь! Господи, да я тебя и не сразу узнал! Ну здоровяк! Ты как в нашем городе оказался, я же знаю, что ты теперь...» и т.д. Итак — целый комплекс поведенческих актов под названием «Радостная встреча». И вопрос: кто управлял этими поведенческими актами?
— Ну конечно, я! Кто же еще?!
Наивные все-таки люди! Они думают, что они собой управляют!
Если бы так...
О поведении «на ручном управлении»: кто нами управляет?
…Вы идете по улице и в толпе увидели знакомое лицо — друг детства, с которым Вы не виделись двадцать лет. Впрочем, друзьями вы никогда и не были, хотя и жили в одном доме, хорошо знали друг друга, но чаще — соперничали, нередко дрались, как это бывает у мальчишек. И вот теперь — эта встреча (откровенно говоря не очень-то приятная, все-таки противный он был тип!). Как себя вести? «Ладно, если подаст руку — пожму, все-таки столько уже лет прошло, а то ли было в детстве. Нeчего старое поминать, хотя он был, конечно, кляузник... Ну да ладно, чего уж там». И Вы делаете вежливую улыбку, в ответ протягиваете руку (а в мыслях: «Ладно, кто старое помянет... А о чем говорить-то? Наверное, он здесь в командировке, а может быть, здесь и живет?»). «Ты как в нашем городе оказался? В командировке или как?» И здесь перед нами тоже целый комплекс поведенческих актов, но под названием «Вежливая встреча» .
Правда, здесь Вы, прежде чем что-либо сделать (подать руку, улыбнуться ли, спросить), сначала думали, делать это или не делать. И вся-то разница. Но и здесь тот же вопрос: кто управлял этими Вашими поведенческими актами?
—Ну конечно же, я! Не он же!
—Верно, не он.
А теперь давайте сравним эти две описанные выше ситуации: ситуацию «Радостная встреча» и ситуацию «Вежливая встреча». Во второй ситуации Вы каждый свой поведенческий акт совершали преднамеренно, осознанно, т. е. сначала обдумывали — сделать так или не сделать, а в первой — не задумываясь, автоматически, машинально. «Автоматически» — значит как-то «само собой»: и распростертые для объятия руки (Вы об этом вовсе предварительно не думали), и радостная улыбка на лице и т.д. И все это делалось как-то помимо воли, как-то само собой. Здесь не надо было предварительно обдумывать: подать руку или не подать. Все работало как бы на «автомате».
И тогда получается, что в первом случае («Радостная встреча») поведение определялось уже сформированной давным-давно программой (она называется «стереотип поведения при встрече с хорошим человеком»), и все поведенческие акты разворачивались как бы «сами собой», без поэтапных конкретных команд сознания, т.е. непроизвольно, автоматически, неосознанно, а во втором случае («Вежливая встреча») поведение, точнее, те или иные поведенческие акты, каждый из них в отдельности, регулировались, управлялись сознанием.
Где создаются программы управления нашим поведением?
И здесь важен вопрос: где формируется программа действий под названием «Вежливая встреча»? В сознании. А где находилась, откуда извлекалась программа действий «Радостная встреча»? Она была вне сознания. Где же тогда?
Психологи называют эту сферу психики «подсознанием» или «бессознательным». И вывод: поведение человека (его действия, последовательность этих действий) может регулироваться либо программами сознания, либо программами подсознания.
—Скажите, автор, а что всё-таки больше нами управляет — наше сознание или подсознание? То есть, по-Вашему, по каким программам мы все делаем чаще — по программам сознания или подсознания?
—Прекрасный вопрос. И психологи, конечно же, не могли обойти его молчанием, не исследовав. А американские психологи даже в цифрах выразили удельный вес того и другого в нашем поведении. По их данным, вполне осознанно т.е. с предварительным «обдумыванием», «думанием» мы совершаем 20% всех поведенческих актов, а неосознанно, по программам, находящимся в подсознании, — 80%. Но! Даже соглашаясь с другими исследователями, Ваш автор всегда стремится иметь доказательства или доказывать самостоятельно…
Итак, чем же наше поведение в большей мере управляется — программами подсознания или программами сознания? Ответив на этот вопрос, мы будем знать, что же важнее для понимания человека — то, что у него находится в его подсознании или в его сознании? Американские психологи говорят — подсознание, наши, отечественные, судя по учебникам психологии, с этим совершенно не согласны! Кто прав? Поговорим. Но только в следующий раз.
А в завершение – как обычно: «Есть ли вопросы?». Готов ответить.
С уважением, проф. А. Панасюк
!

