Есть переживания и чувства, соприкасаться с которыми безумно тяжело. Эмоционально находиться в них сложно-переносимо даже тем, кто осознан и понимает, что с ним сейчас происходит.
Даже не знаю, от какого крутит больше. Когда появляется ощущение, что как будто все внутренности тянет - это, скорее вина, а стыд... это непереносимость самого существования. Недаром выражение: "Сквозь землю провалиться" именно про стыд. Стыдящийся человек предполагает, что у него есть такая ужасающая ущербность, которую никто никогда не примет, он достоин только порицания и отвержения. И логика тут не работает, Стыд накрывает, током бежит по венам и жаром бросается в лицо. Действительно возникает желание провалиться. Не быть!. Потому что, такому как ты , здесь нет места. И человек, переживающий стыд, постоянно пытается быть каким-то особенным, пытается скрыть эту свою часть, достойную порицания. Если вина возникает, как реакция на действия, либо за какие-то мысли или желания, то стыд включает в себя всю личность целиком.
Стыд, любопытная вещь. Раньше я была убеждена, что это чувство интроецированное. То есть где-то в возрасте 3-4 лет ребенку начинают объяснять, что стыдно, стыдить его. Это настолько непереносимо, что ребенок всеми силами старается быть "хорошим". Но самое печальное, что он верит в то, что он "плохой", что с ним что-то не так. И проносит это через всю жизнь, если, конечно, не начнет осознанно работать с этим. Часто человек даже не понимает, что он страдает от ужасного стыда за свое несовершенство. Он просто убежден, что где-то все время недотягивает.
Как-то мы говорили с коллегами, и один из них, психоаналитик, высказал мнение, что стыд может появиться в еще более раннем возрасте, в младенчестве. Младенец ловит неодобрение матери, когда, например, она его купает или переодевает. И уже тогда "решает", что с ним что-то не так. Он несовершенен, и мать не может его ни принять, ни любить. Он ущербен. И это глобальное отвержение сродни ощущению: « А достоин я вообще существовать?»
Жить в мучительном болезненном стыде невыразимо ужасно. Ну, конечно, если это не такой глобально встроенный в личность конструкт, то здоровый человек вполне может справиться. Например, за некоторое несоответствие себя и своих действий ожидаемым значимыми людьми, за то, что не удалось выполнить намеченное, за то, что предпочли в чем-то не тебя. Но.. эти переживания ситуативны, при этом не падает самооценка, и человек не впадает в депрессию. Но если это токсичный стыд, привитый с молоком матери, плюс еще подкрепленный воспитательными мерами, то психика человека может выстраивать защиты. Реальность начинает искажаться, и человек строит ту реальность, которая приемлема – он видит иллюзорную картинку, которая помогает ему переносить непереносимое. Можно немного здесь упомянуть о нарциссизме. Стыд всегда слегка несет на себе налет нарциссизма, когда если я не так грандиозно-прекрасен, как хочу, чтобы меня видели, меня накрывает волна удушливого стыда.
Как же быть со стыдом? Как с ним жить и как с ним работать? Как всегда, это выход из зоны комфорта. Нужно «Шагнуть в стыд». Как шагнуть из самолета с парашютом. И прожить первые мгновения. И посмотреть, так ли мир дрогнул, как ты ожидал. Далее, дрогнул ли он вообще. Посмотреть, как большинство людей, осмотрев на твой «изъян» пожали плечами и сказали : «Ну и что? И это все? А мы-то думали, что за ужас?». То есть столкнуться с реакцией мира на свое несоответствие. Иначе вас можно держать на чувстве стыда, как на поводке, и дергать в любую, угодную дергающему сторону.
Как и в вина . Это прекрасные кнопочки для манипуляторов - подсадил на вину, и дергай себе за ниточки. Или застыдил, за что-то. Вина требует искупления, а стыд реабилитации любой ценой.
Если про стыд мы немного разобрали, то вина – это чувство, когда невыносимо быть «плохим» в чужих глазах, это страх, что кто-то , читай «не полюбит, отвергент, перестанет быть прежним с тобой». Вина – это ужас потери прежнего расположения или соответствия некому образу. И цена за это – отказ от своих истинных желаний потребностей в угоду «остаться в милости». Я опять-таки говорю о некоторой «не норме», когда приходится не быть собой настоящим, чтобы тебя принимали. Если же ты на самом деле сделал что-то, что задело другого человека и сожалеешь об этом, искренне сожалеешь, переосмысливаешь содеянное и выбираешь впредь не повторять. Не потому что на тебя обидятся, а потому что ты принял это решения исходя из своих внутренних ценностей. Тогда можно просто попросить прощения. При этом понимать, что простить или не простить – это уже выбор второй стороны. В этом случае не падает самооценка, сохраняется твердая личностная позиция, и в конце концов, ситуация разруливается. Если же вина токсична, и ты раз за разом предаешь себя в угоду обстоятельствам, то тут точно будешь искать искупления и наказания. Как же быть? Вы спросите, и что же, обижать близких людей из-за своих амбиций? Не совсем так. Переводить вину в ответственность. Да, я это делаю. Это моя позиция. Да, я знаю, что кому-то это может причинить неприятные переживания. Но я не ответственен за них. Я не отвечаю за чувства другого человека. За них он отвечает сам. А я за свои. Мои чувства в этом случае, сожаление. Мне жаль, что моя позиция причиняет тебе боль. В конце концов, обидеться или не обидеться – это выбор самого человека. Это взрослая позиция. И когда вы придерживаетесь своих ценностей, вами невозможно манипулировать, подсадив на чувство стыда и вины, типа: «Посмотри, что ты со мной сделал».
И тут может выйти на сцену третий конек - чувство долга. Как тебе не стыдно! Ты должен был! И вот пышным цветом расцветает вина.
И вот вам, пожалуйста, готовый застыженный, униженный, виноватый объект манипуляций. И теперь он должен.
Вот так. Кстати, отношения, построенные на чувстве вины и чувстве долга, самые прочные. Правда, редко счастливые.
Как-то так.
Анна Второва
!

