Тренинги мотивации достижения успеха пользуются огромным спросом у руководителей организаций и приносят немалую прибыль психологам-практикам. Тем самым создалась благоприятная ситуация для разработки новых и новых подходов в теории мотивации и способов мотивирования сотрудников, что повлекло за собой идею применения метода провокативной терапии в практике работы с группами, нацеленными на повышение вышеуказанного свойства.
. Таким образом, проанализировав существующие точки зрения на провокацию как методе в психотерапии, мы выдвигаем гипотезу о том, что применение метода провокативной терапии приводит к положительным результатам в повышении мотивации человека. Наше мнение базируется на том, что провокация влечет за собой выработку ассертивного поведения у клиента (мобилизация защитных сил эго) и впоследствии повышение мотивации достижения успеха.
Прояснение вопроса об эффективности применения провокативной терапии в тренинге мотивации позволит углубить и расширить знания о механизмах, способствующих ее повышению, а также дополнить практику групповой работы с сотрудниками в организации.
Существует несколько определений провокации. К примеру, «Русский толковый словарь» Лопатина В.В. и Лопатиной А.Е. определяет провокацию как «подстрекательство кого-либо к таким действиям, которые могут повлечь за собой тяжелые для него последствия». «Словарь иностранных слов» дает несколько определения провокации:
- Провокация (лат. provocatio – предательское поведение, подстрекательство, побуждение кого-либо к заведомо вредным для него действиям;
- Искусственное возбуждение каких-либо признаков болезни.
- Провока́ция — действие или ряд действий с целью вызвать ответное действие / бездействие провоцируемого(ых), как правило, с целью искусственного создания таким образом тяжелых обстоятельств или последствий для провоцируемого(ых). Субъект, совершающий провокации, называется провокатором. Так как провокации основываются на особенностях психологии человека и его поведении как социального существа, они изучаются психологией и социологией.
Во втором случае определение провокации как способе возбуждения признаков болезни граничит с медицинским термином «ятрогения», т.е. болезненные расстройства, вызванные неправильным поведением врача (неосторожное высказывание о тяжести и плохом прогнозе болезни, предоставление возможности больному ознакомиться с медицинской документацией, рассказ о плохом исходе аналогичного заболевания у другого больного и т.л.). Использование провокации в психотерапии является «ятрогенией со знаком «плюс», т.к. провокация ведет к обнажению симптома психического заболевания с последующим его излечением.
Метод провокации активно используется различными школами психотерапии, причем этот метод нередко оказывается незаменимым в работе с самыми трудными случаями.
Милтон Эриксон - один из величайших психотерапевтов ХХ века, разработал метод клинического гипноза, позже названного эриксоновским гипнозом. Эриксон очень часто использовал провокативные методы, давая больным парадоксальные задания и достигая при этом поразительных по быстроте и эффективности результатов. Например, клиенту, который жаловался на эпилептические припадки, которые случались с ним, как только он садился за руль автомобиля, Эриксон предложил ему одеть белый костюм и, сев за руль автомобиля, через определенные отрезки времени выходить и ложиться в грязь, стараться вызвать у себя припадок. В описаниях работы М.Эриксона мы находим множество ставших классическими примеров использования провокативных воздействий "во благо" клиента, хотя самому клиенту и окружающим действия Эриксона могли казаться нелепостью и даже издевательством.
Эриксон провоцировал поведение клиента, исходя из нескольких предпосылок:
1. поведение человека является шаблонным, любое изменение этого шаблона повлияет на их самочувствие и общение с другими людьми;
2. шаблоны поведения вскоре закрепляются соответствующими им потоками обратной связи, которые порождаются новым поведением;
3. бесполезно исследовать происхождение проблемы для того, чтобы достичь глубоких и длительных изменений;
4. модель мира и его поведение связаны так, что, изменяя поведение, можно оказать прямое воздействие на его состояния и понятия.
И если изменять чей-то шаблон поведения, то и состояние этого человека каким-то образом изменится. Если это оказывается более благотворным для негонее, чем старое состояние, то онона, видимо, будет использовать новое поведение для того, чтобы получать от внешнего мира и других людей и вызывать внутренние реакции, необходимые для этого поведения. Это терапевтическое вмешательство и эффективно потому, что у клиента провоцируется поведение, которое действительно более эффективно и полезно для него.
Есть много способов и путей как люди адаптируют, познают окружающий мир и выздоравливают. Одним важных путей является провокационный вызов больному, от которого он не сможет уклониться. А если вызвать еще и конструктивный гнев на себя, выздоровление наступит быстрее. Конструктивный гнев на себя (не без помощи терапевта) является мощной мотивацией для выздоровления. Основная задача терапевта – бросить вызов больному, конечно в разумных пределах (этот вопрос обсуждается на собрании врачей), чтобы спровоцировать его на новый вид поведения, реакция «борись» с проблемами, а не «избегай» их наиболее предпочтительна в таких случаях. Поэтому с первых встреч с пациентом очень важным становится вопрос, какого уровня можно доводить реакцию пациента на вызов.
Мы пытаемся в своем лечении спровоцировать у пациента определенный тип гнева на себя. Многие люди сердятся на себя, совершают самоубийства или делают менее угрожающие, но не менее неподдающиеся разуму поступки; такого гнева на самого себя мы не допускаем. Мы стремимся вызвать гнев, который можно в целом охарактеризовать, как «Достаточно, хватит!», или «Так я дальше не могу!», или «Хватит, сыт по горло своими действиями, я должен изменить свою жизнь». Подобное раздражение приводит пациента к желанию «взяться за ум». В беседе студент колледжа заявил мне: «Вы пытаетесь как‑то абстрагировать мои мысли. Это же смешно! Я должен вылечиться, ничего больше!» Думается, что это самая обычная и желаемая реакция, которую должен вызывать терапевт.
Основная позиция провокативного терапевта – принимать самого клиента, не принимая его поведение.
Во время проведения провокативной терапии (ПТ) у клиента можно вызвать 5 видов поведения:
- Утвердительное поведение. Фарелли так объясняет эту позицию: « Люди позволяют вытирать о себя ноги, изображая половичок, а когда их провоцируешь, они издают человеческие звуки». Иными словами, вызывается ассертивное поведение.
- Самоутверждающее поведение - вместо того, чтобы «надувать воздушный шар», т.е. клиента, вселяя в него уверенность, провокативный терапевт подпитывает негативное отношение клиента к себе. И клиенту приходится утверждать самого себя.
- Реалистичная и адекватная самозащита – научение защищаться.
- Психосоциальное испытание реальности – клиент «примеряет» на себя модели поведения в реальной жизни, узнавая «что к чему». «Если тебе не нравится то, что ты получаешь, измени то, что ты даешь», - говорит об этом Фрэнк Фарелли.
- Позитивное сообщение – демонстрируется теплота, дружеское отношение, любовь к клиенту.
Использование ПТ возможно практически без ограничений. Возраст клиентов колеблется от 2 до 93 лет и дальше. ПТ эффективна при психозах, социопатиях, личностных расстройствах, алкоголизме, наркомании; может использоваться для лечения преступников с умственными расстройствами, убийц, насильников, маньяков и т.д. Единственным ограничением является «идеальный» клиент или кататоническая шизофрения.
Широко известна техника "парадоксальной интенции" Виктора Франкла, разработанная в 30-ые годы в рамках логотерапии. Задача этой техники - "взломать, разорвать, вывернуть наизнанку" тот порочный круг, в который попадает пациент с фобиями, навязчивыми идеями или другими трудностями. Ожидание повторения симптома вызывает у него страх, в результате чего симптом (например, заикание, мочеиспускание и т.д.) действительно появляется вновь, подтверждая опасения больного. Суть техники в том, чтобы стимулировать (спровоцировать) пациента специально вызывать у себя болезненный симптом, не избегать его.
Эрик Берн – автор транзактного анализа – говорит о провокации как о методе, который позволяет избавить пациента от психологических игр.
Игра – последовательность действий, подчиняющихся индивидуальным, а не социальным программам, один из вариантов структурирования времени человека. Утверждение, что общественная жизнь по большей части развивается в форме игры, совсем не означает, что это «забавно» или что участники относятся к ней несерьезно. Главное, что отличает игры от других видов человеческой деятельности, - это не лживость эмоций, а то, что их проявление подчиняется правилам. Это становится очевидным в тех случаях, когда незаконное проявление эмоций сопровождается наказанием. Игры могут быть мрачными или смертельно опасными, но социальные санкции следуют только тогда, когда нарушены правила.
Развлечения и игры являются подменой реальной жизни и реальной близости. Поэтому их можно рассматривать как предварительные переговоры, а не как заключенный союз, что и придает им особую остроту. И, что особенно важно, индивид получает специфическое удовлетворение от игры, или «выигрыш». Прежде всего это сохранение психического и физического равновесия. Оно может проявляться в освобождении от напряжения, устранении психологически опасных ситуаций, приобретении «поглаживаний», поддержании достигнутого равновесия. Если перевести вышеперечисленные аспекты в термины социальной психиатрии, то получается:
- первичное внутреннее вознаграждение,
- первичное внешнее вознаграждение,
- вторичное вознаграждение,
- экзистенциальное вознаграждение.
В своих работах Эрик Берн выделяет несколько типов игр:
- игры на всю жизнь,
- супружеские игры,
- игры на вечеринках,
- сексуальные игры,
- игры преступного мира,
- игры в кабинете психотерапевта,
- хорошие игры.
Для иллюстрации примера использования провокации как метода психотерапии приведем игру «Оранжерея». Эта игра относится к разряду «игр в кабинете психотерапевта». Смысл ее в том, что пациент преувеличивает свои «искренние чувства». Выражению этих чувств может предшествовать объявление о них. Чувство представляется в качестве редкого цветка, на который следует смотреть с благоговением.
Антитезисом, крайне важным для прогресса в терапии, является ироническое отношение к обсуждению. Если позволить игре продолжаться, она может без изменений тянуться годами, после чего пациент может почувствовать, что обладает «терапевтическим опытом», во время которого «проявил свою враждебность» и научился распознавать свои «чувства», и в этом его преимущество перед другими пациентами. Наиболее очевидное вознаграждение этой игры – внешнее психологическое, поскольку игра позволяет избежать близости, устанавливая особые условия, при которых могут проявляться чувства, и накладывает ограничение на реакции присутствующих.
Ирония при описании этой игры направлена не против пациентов, а против их учителей и культурного окружения, которое поощряет подобную сверхутонченность. Вовремя сделанное ироническое замечание поможет расстаться с пустым тщеславием Родителя (одного из компонентов структуры личности) и приведет к здоровым нормальным трансакциям друг с другом. Вместо того, чтобы культивировать чувства в атмосфере оранжереи, пациенты дадут им возможность расти естественно.
!

