Эта статья выросла из предыдущей.
Мне было крайне приятно узнать, сколько людей разделяют тот подход, который я описала. И считают тему актуальной.
Но были отклики и немного другого плана. В них сквозило возмущение.
Вкратце позиция звучала так: «пора уже забыть все, что случилось в детстве. И заниматься взрослой жизнью». Или «Как можно плохо говорить о своих близких, которые дали тебе все, что могли?»
Нас, действительно, так воспитывали. Взрослых надо уважать, прислушиваться к их советам и рекомендациям. В более жестком варианте – делать то, что говорят и не рассуждать.
На этом строится патриархальное общество, где младшие должны уважать старших. Это правильно. Ведь тогда взрослые берут на себя ответственность за то, что происходит с детьми. А дети оказываются в защищенном положении. Хотя у меня всегда было сомнение – как можно уважать всегда пьющего отца или всегда депрессивную мать? Но это отступление.
Сейчас психологическая наука продвинулась довольно далеко в вопросе того, что чувствует и как воспринимает мир новорожденный и ребенок до того, как начнет говорить. Через отношения с матерью он постигает мир. Учится воспринимать его таким, каким он предстает через призму этих отношений. Если мать – холодная и отстраненная, то и ребенок впитывает в себя образ мира, как закрытого и чужого, сулящего опасности и беды. Когда мать чутко угадывает потребности ребенка, способна утешить его в его горестях, быть контейнером для его аффектов (как сказали бы психоаналитики), то ребенок растет с ощущением, что его принимают, заботятся и защищают.
Некоторые беременные женщины теперь посещают выставки живописи или симфонические концерты, приобщая свое еще не родившееся чадо к прекрасному, и создавая у себя внутри состояние покоя и умиротворенности.
Другие ходят на курсы молодых матерей, где учатся медитации, способам дышать при родах, чтобы сделать процесс рождения наиболее естественным. Ведь сейчас уже не секрет, что даже процесс родов для малыша - это и стресс, и обучение жизни. Если ребенок родился сам, то велика вероятность, что он будет в дальнейшем более самостоятельным, чем тот, кто родился в результате кесарева сечения.
Когда клиент приходит ко мне на консультацию, я задаю много вопросов. В том числе и о том, был ли ребенок (клиент) желанным, как проходили роды, как долго продолжалось кормление, были ли эпизоды расставания с матерью. Все это важные моменты, которые накладывают отпечаток на дальнейшую жизнь.
Все это веяния нового времени. И это прекрасно. Потому что сейчас уже ясно, как много надо знать, чтобы воспитать психически благополучного ребенка. Как много надо знать теперь матери! Быть эмоционально зрелой, готовой расти как личность.
Это накладывает еще бОльшую ответственность на процесс материнства.
Безусловно, нельзя сказать, что от матери зависит все. Бывают разные обстоятельства – осложнения во время беременности и при родах, неблагополучные жизненные обстоятельства, врожденные болезни. И характер ребенка, наконец. Хотя есть мнение, что характер ребенка формируется к восьми годам, мне иногда кажется, что он виден уже в процессе рождения. Да-да! То, как ребенок рождался – быстро или неторопливо, спешил появиться до срока или сидел внутри до последнего – уже немного говорит о его характере.
Так вот Нельзя забыть то, что случилось в детстве и даже младенчестве. Точнее, можно, но наше бессознательное все равно хранит всю эту информацию. Иногда дальнейший уход за ребенком сглаживает в какой-то степени то, что ему пришлось пережить. А иногда, при неблагоприятном стечении обстоятельств, недостаточном уходе и любви, застревает в нас болью и желанием исправить положение.
Отчужденные отношения с матерью, отстраненность и неясно откуда взявшиеся грусть, боль, обида и злость, страх…Нежелание делиться собой, но при этом тоска по той матери, которой никогда не было и уже, скорее всего не будет. И надежда. Надежда, которая и удерживает такое положение дел. Нам сложно принять, что нас не долюбили. И скорее всего, это уже не изменить. И вот мы цепляемся за других, в надежде найти того человека, который полюбит нас безусловно, как должна была любить мать, и все исправится. Счастье придет.
Одна моя клиентка пришла на терапию с большим стыдом и камнем на сердце. Она поделилась со мной своей тайной – ее отношения с матерью ужасны, как у чужих людей.
Наша работа началась, когда я сказала ей, что она не одна, что таких людей много. После этого мы много говорили о ее детстве. О том, каким несправедливым ей казалось отношение матери к ней. Как груба та была по отношению к дочери. И сколько горя и злости до сих пор моя клиентка носит в себе. Не к нынешней матери, которая уже состарилась и которой самой нужна помощь и забота. А к той, которой она была тогда, когда клиентка росла. Люди меняются с возрастом, набирают больше опыта. И порой та мама, которая была в молодости и та, которой она становится к старости – это два разных человека.
Да, в нашей культуре все еще не принято говорить в родителях неуважительно. Как впрочем, и об умерших. Но в кабинете психотерапевта нет такого правила. Здесь есть место всем чувствам, как радости, так и печали, как злости, так и бессилию.
Потому что пока сердце не освободиться от злости, в нем будет недостаточно места для любви.
Мы говорим, рисуем, бьем подушки, ругаемся, плачем, стыдимся, радуемся, прощаем. Вместе. Потому что боль, которая была причинена другим человеком, может отойти, если будет разделена опять же, человеком. Не в одиночестве. Быть услышанным, принятым.
С инфантильной травмой часто обращаемся к телу, чтобы высвободить то напряжение, которое там до сих пор живет.
Я совершенно уверена, что в жизни есть место всему. И радости, и грусти. И поражениям, и победам. И решительным действиям, и неспешности. Незавершенные ситуации могут быть завершены. А истории – переписаны.
!
