Вашему вниманию предлагается короткий очерк о работе памяти, на примере травмирующих событий детства.
Являются ли наши воспоминания о событиях точным отображением этих событий? То, что мы знаем благодаря открытиям нейробиологов говорит о том, что каждый раз вспоминая, мы рисуем новую картину произошедших некогда событий. И эта картина будет обрастать новыми деталями и даже новым отношением к событию исходя из той ситуации, в которой мы сейчас находимся и какое у нас в данный момент настроение.
Таким образом, правильно мы вспоминаем лишь суть события, но не его детали. Почему так происходит? Здесь я коснусь не общей темы воспоминаний, а лишь тех, которые относятся к самым тяжелым или как их принято называть кризисным воспоминаниям.
История событий бывает настолько болезненной и кошмарной, что выживание в этой ситуации может прерваться гибелью организма. В подобных случаях наш мозг изменит детали воспоминаний, представив ситуацию как возможную для выживания. Такие искажения носят защитный характер. Это необходимо еще и потому, что участники трагически х событий могут оказаться близкими людьми или жизненно важными лицами для терпящего беду, например отцом или матерью. В описании одного из сеансов Дэниэла Сиела, в работе с молодой девушкой по имени Элисон, пришедшей на прием с жалобами на сильные боли в спине выснилось, что один из друзей брата пытался ее изнасиловать . В дальнейшем, разбирая этот эпизод оказалось, что человек пытавшийся изнасиловать Элисон, был ее приемный отец. На протяжении многих лет этот эпизод был заблокирован, однако в настоящем времени память об эпизоде находила выход в виде болей в спине. Как только пришла достоверная информация и осознавание, боли в спине прекратились.
Как видно из эпизода, память не фиксирует воспоминания точно. На уровне процессов в коре головного мозга происходит следующее: в процессе воспоминания активируется нейронная сеть похожая на ту, которая была закодирована первоначально, или сформирована первоначально в травматическом эпизоде. Именно похожая, но не точная, поэтому воспоминания несут искажения.
Когда ребенок не способен разобраться с произошедшем и у него нет возможности выразить свои чувства, воспоминания остаются в имплицитном виде, то есть в виде отдельных молекул, не собранных в цепь воспоминаний. Если насилие над ребенком происходит регулярно, особенно в отсутствии защиты, то оно приведет к развитию диссоциативных (психических) расстройств. В данном случае с Элисон: девушка не знала эксплицитно (собранная цепочка памяти из отдельных компонентов-молекул в целостное воспоминание), однако хорошо помнила имплицитно. То есть несла в себе неосознаваемый страх и боль, которые выражались болями в спине. Эти боли в настоящем времени напоминали ей о пережитом некогда травматическом эпизоде.
Предательства близких людей и психологические травмы препятствуют интеграции молекул в единую цепь воспоминаний. Имплицитные фрагменты остаются разрозненными. То есть элементы прошлого так и остаются в имплицитной форме, проявляясь в настоящем и вызывая повторные переживания событий, избегание травмирующих ситуаций, а также в виде отсутствия чувствительности некоторых частей тела.
Даже если мы не подвергались разрушительной опасности, а воспоминания остались в имплицитной форме, то они так же могут стать для нас тюрьмой.
В случае, когда тяжелое переживание находится в сочетании с новым опытом, то последний может стать настоящей катастрофой для человека. Случай с девушкой, которая все время боится «упасть в грязь лицом», ярко демонстрирует возможность соединения травматического и нового опыта. У пациентки – молодой девушки, после окончания учебы возникли серьезные трудности с устройством на работу. Отправным моментом терапии стала ее фраза «боюсь упасть в грязь лицом», вызвав в памяти случай, когда еще в трехлетнем возрасте она училась ездить на велосипеде. Девушка не справилась и упала в грязь лицом, при этом сломав руку и выбив передние зубья. Хоть давняя травма зажила и не беспокоила ее больше, но каждый новый опыт приносил ей страдания и страх.
Неисследованные имплицитные воспоминания способны формировать убеждения и ожидания. Автоматические реакции, которым мы сами не доверяем представляют собой остаточный мусор от пережитых болезненных ситуаций неисследованного прошлого. И привязывают нас к болезненным событиям прошлого.
!
