Для детей игры – важное занятие. Играют только взрослые.
Анри Барбюс
В какой-то степени все мы любим время от времени поиграть. Ведь игра – это прекрасный способ отвлечься, сменить обстановку или испытать новые ощущения. А еще она дает возможность побыть в специфическом окружении, где нужно следовать особым правилам и стремиться к выдуманным, имеющим значение лишь в игровом контексте целям.
С точки зрения психологии можно сказать, что игра является временным уходом от реальности, в основном, с целью развлечения. Википедия дает следующее определение игры:
Игра – вид осмысленной непродуктивной деятельности, где мотив лежит не в результате ее, а в самом процессе.
Коротко и ясно. Оказывается, что игра непродуктивна, потому что не приводит ни к какому серьезному результату. Даже в речи, когда мы употребляем слово «играть» в сочетании с какой-то деятельностью, то имеем в виду несерьезность намерений. Таким образом можно «играть в отношения», «играть в бизнес», «играть в жизнь» или, например, «играть в терапию».
На последнем пункте хочу остановиться поподробнее. Есть категория клиентов, которые именно так и относятся к процессу терапии – как к игре. Нередко это отношение возникает неосознанно и является некоей внутренней рамкой для всего терапевтического процесса. Попробуем разобраться, почему такое отношение может значительно снизить эффект от терапии.
Терапия воспринимется клиентом как уход от реальности в особый игровой контекст.
Об этом мы уже успели упомянуть выше. Действительно, находясь в игре, мы можем испытывать очень сильные чувства и эмоции, тратить массу сил на достижение целей, определенных правилами этой игры. Однако вернувшись в реаьную жизнь, мы начинаем осознавать, что все это было не по-настоящему.
Аналогично клиент возвращается к обычной жизни после терапии, воспринимая последнюю лишь как очередное развлечение наподобие путешествия или поездки в отпуск. Он прошел курс упражнений и методик, но теперь не собирается взять с собой в жизнь то, что получил в результате работы. Ведь это была всего лишь игра в его понимании, в которой сам процесс важнее полученного результата.
Клиент внутренне считает, что измениться в результате терапии – это значит проиграть.
Еще до начала терапии клиент убежден, что ему ничего не поможет. Измениться для него означает проиграть в игре под названием «кто кого». Он думает, что его случай настолько уникален, что ничто не способно изменить ситуацию. В этом ему может «помогать» предыдущий неудачный терапевтический опыт.
В этом случае терапия действительно превращается в игру, исход которой чаще всего будет неудачным с точки зрения положительного эффекта. Дело в том, что клиент отказывается брать на себя ответственность за изменения, считая, что личное вовлечение в процесс – это дело второстепенное, и что кто-то или что-то извне должно ему помочь просто так.
Клиент не просто хочет поиграть в терапию, но еще и не придает значения правилам этой игры.
Здесь клиент изначально настроен несерьезно. Его ожидания от терапии крайне неопределенны и невысоки. Отличие от предыдущих двух пунктов еще в том, что он зачастую игнорирует правила «игры».
В принципе, это случай самой низкой мотивации к изменениям. Неудивительно, что такой клиент будет опаздывать, не выполнять домашние задания или вообще пропускать сеансы. Он ходит на сеансы ради «галочки», чтобы сказать потом кому-то, что прошел курс, проделал серию упражнений, но ничего особо не поменялось. Очевидно, что клиент в данном случае ориентирован на процесс вместо результата, и ему важен лишь сам факт посещения терапевта. При этом правила организации этого процесса клиенту не так уж и важны.
Обобщая перечисленные выше причины, можно сказать, что все они в разной степени снижают мотивацию клиента к изменениям и, как следствие, его готовность к последним. Конечно далеко не каждый обращается к терапии с желанием поиграть в нее. Скорее всего такой человек просто никогда не превратится в реального клиента. А если дело и дойдет до сеанса, то есть большая вероятность, что он превратится в игру, в результате которой вряд ли обе стороны останутся в выигрыше.
Кстати ярким примером подобной игры являются темы-фейки, которые нет-нет, да и появляются на форуме. Их создатели преследуют цель, совершенно отличную от желания прояснить обозначенную проблему или приблизиться к ее разрешению. Они хотят привлечь внимание, поднять себе настроение или просто поиграть в терапию.
Подводя итог, хочется отметить, что игра часто проводит границу между настоящей и вымышленной реальностью. Последняя связана с низким уровнем ответственности и ориентацией на получение сиюминутных эмоций. Это больше имеет отношение к нашему внутреннему ребенку, который обожает разнообразные игры и развлечения, возбуждающие воображение.
Однако решение пойти на терапию принимает все-таки внутренний взрослый, нежели внутренний ребенок. Иначе пользы от такого обращения к специалисту будет ненамного больше, чем от обычной игры, где можно обучиться новым навыкам, но так и не перенести их в реальную жизнь, оставив все новоприобретения игровом контексте. Решение о таком переносе связано с ответственностью за свою жизнь и внесение в нее изменений.
В заключение красивая притча, еще раз подчеркивающая то, что представляет собой сущность игры как таковой.
Один индийский мудрец всю жизнь играл в шахматы. И столь велико было его пристрастие к этой игре, что Смерть, придя по его душу, застала мудреца за осмыслением одной из многих тысяч сыгранных партий. Смерть удивилась. Мудрец, заметив приближение тени, предложил гостье присесть за шахматную доску. Они расставили фигуры.
Игра длилась целые сутки. И сколь мудра не была Смерть, мудрецу удалось одержать победу.
— Ты победил! — произнесла Смерть. — Меня ещё никому не удавалось одолеть. Что же ты хочешь за свою победу?
— Ещё одну игру, — ответил мудрец, не задумываясь.
— Но почему? — удивилась смерть. — Ты мог бы попросить ещё несколько лет жизни, и наиграться вволю. Что тебе даст ещё одна игра?
Мудрец усмехнулся.
— Шахматы — как жизнь. Важно не количество игр, не количество побед, а то, насколько живыми и интересными они были, и с кем удалось сыграть. За всю мою долгую жизнь у меня не было соперника более интересного, чем Смерть. И что может быть лучше, чем две партии с ней?
И Смерть согласилась. Она лучше всех знала, что важно не количество прожитых дней, а качество.
Вострухов Дмитрий Дмитриевич,
психолог, НЛПт-психотерапевт, консультант по благополучию
Другие мои статьи:
!

