Доверие (Давер)

38epxov7t1q9nmm2

– Я Вам не доверяю! – сердито воскликнула новая пациентка. – Ну вот, еще и руки распускаете! Вы меня уже всю поцарапали. Лучше не прикасайтесь ко мне!
В четырехместной палате повисла полуминутная тишина. Никто не ожидал от новой пациентки такого монолога. Я пришла познакомиться с ней, предварительно не заглянув в ее медкарту, чтобы не относиться к человеку предвзято, узнав о его диагнозе. Я представилась, сказала, что я – психолог, и вот тут началось!

– Почему не доверяете? – переспросила я, прикоснувшись к руке пациентки. Но отвечать на вопрос она не пожелала, да еще обвинила меня в том, что я ее поцарапала.

Ну, нет так нет, Ваше право, – спокойно сказала я и вышла из палаты. Никогда прежде в своей практике не сталкивалась я с таким недоверием. Открыв медкарту пациентки, я увидела там диагноз: "Параноидная шизофрения. Ремиссия." Возраст пациентки – за 60.

На следующий день я снова пошла в ту же самую палату. Валентина* (так звали новую пациентку) вела себя уже совсем по-другому. Она доброжелательно улыбалась, сообщила, что у нее все хорошо, и начала рассказывать о своей жизни, о родственниках, о самочувствии. Между нами наладилось полное взаимопонимание. Мы виделись почти каждый день, пока Валентина не выписалась из больницы. Про обстоятельства нашего знакомства мы никогда не вспоминали.

Валентина незаметно превратилась в улыбающуюся, дружелюбную, симпатичную женщину. Вскоре она подружилась с другими пациентами, с интересом общалась с волонтерами, с удовольствием участвовала в богослужениях, которые проводит в больнице отец Александр Стреха - православный священник, окормляющий пациентов хосписа и отделения сестринского ухода. На богослужения мы ходили вместе с ней, я поддерживала Валентину за руку.

Иногда Валентина заходила в гости к пациенту-протестанту, прекрасно ориентирующемуся в Библии. Пациент – обладатель очень красивого и сильного голоса. Вместе с ним можно даже попеть песни – христианские и эстрадные. Перед выпиской Валентина сказала мне, что хочет направить к этому пациенту своего мужа, чтобы он вдохновил его на веру в Бога.

Перед тем, как уехать домой, Валентина зашла в ординаторскую, побеседовала с врачом. Потом я проводила ее до палаты.

– Я всю жизнь боялась начальства, – сказала она, улыбаясь. – А врач – он ведь тоже начальник. Поэтому перед тем, как войти в ординаторскую, я сначала помолилась, и только потом уже открыла дверь.

– О, я Вас понимаю. Я ведь тоже немного побаиваюсь начальства, – улыбнулась я. – А молитва всегда уместна.
– Да, – согласилась Валентина, и мы попрощались.

Параноидная шизофрения. Поведение больного характеризуются подозрительностью, напряженностью, агрессивностью, враждебностью. Ему присущи раздражительность, скрытность, замкнутость, нетерпимость. Именно так и вела себя Валентина, когда поступила в больницу.

У больного может развиться постшизофреническая депрессия с высоким суицидальным риском. Именно поэтому медсестры больницы были обеспокоены тем, что ночью Валентина пыталась приоткрыть окно.

Но на следующий день пациентку было просто не узнать! Внимательное и доброжелательное отношение врача, психологов и медсестер, отсутствие сверхконтроля и предоставление определенной степени свободы сделали свое доброе дело. Да и волонтеры помогли, и конечно же, батюшка! О том, что у пациентки такой диагноз, теперь могла рассказать только медкарта Валентины, но ни в коем случае не ее поведение.

А насчет открывания окна мы с ней тоже говорили на следующий день. Валентина сама затронула эту тему. Она сказала, что ночью ей было душно, так как в больнице еще было включено отопление. Она хотела приоткрыть окно, но не смогла этого сделать, так как окна расположены слишком высоко от пола. Теперь всем стало ясно, что никаких суицидальных мыслей у пациентки не было.

Мы все немного скучаем по Валентине. 

(* Имя пациентки изменено)

.... .... .... ....

Статья напечатана в газете "Медицинский вестник" 22.11.2018г. в рубрике "Литературный конкурс. С"т"рочная помощь".



***

– Я Вам не давяраю! – сувора прамовіла новая пацыентка. – Ну вось, яшчэ і рукі распускаеце! Вы мяне ўжо ўсю падрапалі. Лепей не дакранайцеся да мяне! 
У чатырохмясцовай палаце павісла паўхвілінная цішыня. Ніхто не чакаў ад новай пацыенткі такога маналогу. Я прыйшла пазнаёміцца з ёй, папярэдне не зазірнуўшы ў яе медкарту, каб не ставіцца прадузята да чалавека, даведаўшыся пра яго дыягназ. Я прадставілася, паведаміла, што я – псіхолаг, і вось тут пачалося!

– Чаму не давяраеце? – перапытала я, дакрануўшыся да рукі пацыенткі. Але адказваць на пытанне яна не пажадала, ды яшчэ абвінаваціла мяне ў тым, што я яе падрапала.

Ну, не дык не, Ваша права, – спакойна прамовіла я і выйшла з палаты. Ніколі раней у сваёй практыцы не сутыкалася я з такім недаверам. Адкрыўшы медкарту пацыенткі, я ўбачыла там дыягназ: “Параноідная шызафрэнія. Ремісія.” Узрост пацыенткі – за 60 гадоў.

На наступны дзень я ізноў пайшла ў тую ж самую палату. Валянціна* (так звалі новую пацыентку) паводзіла сябе ўжо зусім па-іншаму. Яна добразычліва ўсміхалася, паведаміла, што ў яе ўсё добра, і пачала распавядаць пра сваё жыццё, сваякоў, самаадчуванне. Мы з ёй цудоўна паразумеліся і бачыліся амаль кожны дзень, ажно пакуль яна не выпісалася з бальніцы. Але пра абставіны нашага знаёмства мы ніколі не ўзгадвалі.

Валянціна незаўважна ператварылася ва ўсмешлівую, прыязную, сімпатычную жанчыну. Яна хутка пасябравала з іншымі пацыентамі, з цікавасцю кантактавала з валанцёрамі, з задавальненнем удзельнічала ў набажэнствах, якія ладзіць у бальніцы айцец Аляксандар Стрэха – праваслаўны святар, які апякуецца пацыентамі хоспісу і аддзялення сястрынскага догляду. На набажэнствы мы хадзілі разам з ёй, я падтрымлівала Валянціну за руку.

Таксама яна заходзіла ў госці да пацыента-пратэстанта, які добра ведае Біблію, мае вельмі прыгожы голас і разам з якім можна нават паспяваць песні – хрысціянскія і эстрадныя. Перад выпіскай Валянціна сказала мне, што хоча накіраваць да гэтага пацыента свайго мужа, каб ён натхніў яго на веру ў Бога.

Перад тым, як ехаць дамоў, Валянціна зайшла ў ардынатарскую, пагаварыла з урачом. Потым я праводзіла яе да палаты.

– Я ўсё жыццё баялася начальства, – прамовіла яна з усмешкаю. – А ўрач – ён жа таксама начальнік. Таму перад тым, як зайсці ў ардынатарскую, я спачатку памалілася, і толькі потым ужо адчыніла дзверы. 
– О, я Вас разумею, бо таксама крыху пабойваюся начальства, - усміхнулася я. – А малітва заўсёды дарэчы.
– Так, – пагадзілася Валянціна, і мы развіталіся.

Параноідная шызафрэнія. Паводзіны хворага характарызуюцца падазронасцю, напружанасцю, агрэсіўнасцю, варожасцю, раздражнёнасцю, скрытнасцю, замкнёнасцю, нецярпімасцю. Менавіта так і паводзіла сябе Валянціна, калі паступіла ў бальніцу.

У хворага можа развіцца постшызафрэнічная дэпрэсія з высокай суіцыдальнай рызыкай. Таму медсёстры былі занепакоеныя тым, што ўначы Валянціна спрабавала прыадчыніць вакно.

Але ж на наступны дзень пацыентку было проста не пазнаць! Уважлівае і добразычлівае стаўленне ўрача, псіхолагаў і медсёстраў, адсутнасць звышкантролю і прадастаўленне пэўнай ступені свабоды зрабілі сваю добрую справу. Дый валанцёры дапамаглі, і канечне ж, бацюшка! Пра тое, што пацыентка мае такі дыягназ, цяпер магла распавесці толькі медкарта Валянціны, але ні ў якім разе ні яе паводзіны.

А наконт прыадчыненага вакна мы з ёй таксама размаўлялі на наступны дзень. Валянціна сама закранула гэтую тэму. Яна сказала, што ўначы ёй было душна, бо ў бальніцы яшчэ было ўключана ацяпленне. Яна хацела прыадчыніць вакно, але не змагла гэтага зрабіць, бо вокны месцяцца занадта высока ад падлогі. Цяпер усім стала зразумела, што ніякіх суіцыдальных думак у пацыенткі не было.

Мы ўсе крыху сумуем па Валянціне.  

(*Імя пацыенткі зменена)

.... .... .... ....

Артыкул надрукаваны ў газеце "Медицинский вестник" 22.11.2018г. у рубрыцы "Литературный конкурс. С"т"рочная помощь".




!



Рекомендуем Вам похожие статьи:



Что интересного на портале?