Участие в соревнованиях, эмоции, пережитые в роли и спортсмена, и тренера, собственная наблюдательность и пытливость))) позволили мне разработать Модель интегративного подхода в работе со спортсменами и успешно применять её на практике. Привожу примеры из практики:
Серая мышка
– Когда выхожу на помост, то становлюсь «серой мышкой». Ничего не могу с собой поделать. Хочется быстрей убежать и спрятаться, чтоб никто не видел.
Хороших природных данных, трудолюбия стало не хватать в соревнованиях высокого ранга девушке-гимнастке. Причины крылись в ранних детских переживаниях и неблагополучной семье девочки.
Результат:
– Я стала спокойней, стала уважительно относиться к себе. Тренер похвалила, да я и сама чувствую, что в движениях стало больше мягкости, выразительности. Девочки в команде заметили, что у меня глаза изменились, а мне кажется, будто они мне ближе, роднее стали.
Неуверенность
Подростка привёл папа:
– Что-то на тренировках какой-то он кислый, не такой, каким может быть, не играет в полную мощь...
– А вы уверены, что он может по-другому?
– Да, я же вижу, каким он бывает дома, во дворе с друзьями…
Мы заключили контракт на три сессии и стали работать с Вовкой – 14-ти летним мальчишкой из спортивного хоккейного класса.
Стали разбираться: как чувствует себя Вовка дома, как в школе, как на тренировках и как в игре? Когда выяснилось, чем обычное состояние отличается от состояния «Вовка – защитник хоккейной команды», и что на это влияет, стали менять субмодальности, подгоняя к желаемому состоянию.
Вовка сидел на обычном офисном стуле с закрытыми глазами и выполнял предложенные задания, а со стороны казалось, парень в рай попал: расслабленное тело, довольная гримаса…
Через два дня Вовка позвонил, чтобы договориться о следующей встрече, и я не узнала голос мальчика – исчезли писклявые нотки в голосе. И потом, как стучал и открывал дверь, как заходил и садился – был другой, повзрослевший Вовка.
– Ну, давай, что изменилось за эти три дня?
– Что-то мама стала меньше на меня внимания обращать, а младший брат, наоборот, стал всякие вопросы задавать. Раньше он так со мной не разговаривал.
– А папа?
– А папа раньше всегда тренировки смотрел, а теперь что-то ушёл.
– Может дела у него просто были?
– Может и дела, только смотрит он теперь на меня по-другому. Раньше – будто недоволен чем-то был.
– А тебе самому-то как в таком состоянии? Мама, говоришь, меньше внимания обращает и папа теперь на тренировках «не пасёт»…
– Да, нормально всё, – улыбается.
Далее мы работали над поиском более конструктивной линии поведения и закрепляли результат на телесном уровне.
В последнюю сессию – этап развития творческого потенциала – провели классический шестишаговый рефрейминг.
Результат со слов отца Вовки:
– Другое дело!
– Вы говорили, что был кислый. А теперь какой стал, может , пресный?
– Теперь то, что надо! – заулыбался отец.
– А вы сказали ему об этом?
– Нет, ещё не успел, – слегка растерялся отец.
– А вы скажите, скажите обязательно, ведь вам приятно видеть такого сына. Он у вас молодец!
Отец задумался: хвалить не привык.
– И вы – молодец, что привели сына, что теперь его качество жизни будет выше – чувствовать себя уверенным приятно. И вам приятно будет видеть успехи сына не только в хоккее, (хоккей через несколько лет закончится!), а его более уверенные, более осознанные шаги во взрослой жизни.
Зацикленность на неудаче
Молодого вратаря взяли в основной хоккейный состав. Он успешно защищал свои ворота и был отчасти ослеплён успехом, но после двух подряд пропущенных шайб:
– Тренер так накричал!.. Я готов был под лёд провалиться, чтоб с поля выбраться… С тех пор, как две шайбы пропущу, так никакой игры уже нет.
Результатом работы остался доволен. Знаю, что и через несколько лет успешно играл в другой команде.
Возраст «гадкого утёнка»
– Сын много времени и сил уделяет спорту, но результата показать никак не может – этим расстроен, угнетён.
Шестнадцатилетний юноша находился в возрасте «гадкого утёнка»: быстрый рост костей, некоторое запаздывание в развитии нервно-мышечного аппарата; «много хочу», но «не все могу».
Парень прошёл индивидуальный трёхдневный тренинг. Было тяжело (в группе работать всегда легче), семь потов сошло. Конечно, длина мышечных волокон не изменилась, но пришло умение распределять напряжение и расслабление, высвободилась энергия, связанная до того ненужными комплексами – излишним контролем, недовольством собой. Появилась уверенность в себе.
Результат:
Спустя две недели мама посчитала, что сын стал более организованным, собранным:
– Если раньше у него был отсутствующий взгляд, то теперь он как-то повзрослел.
Были они довольны результатом и через год.
Болят колени
Обратился за помощью как к массажисту тренер 14-летней акробатки. У девочки болели колени, не давали ей выполнять необходимые прыжки на тренировках, тормозили подготовку к ответственным соревнованиям.
Бывает так в подростковом возрасте – при значительных физических нагрузках воспаляются зоны роста костных структур, обычно это колени. В процессе работы решили подтянуть и психо-эмоциональную подготовку Оксаны.
Вопросов решали много. Когда сковывает страх? Какие слова, каким тоном должен говорить тренер и где при этом находиться, чтобы ты могла настроиться на лучший результат? Что делать, если его рядом по каким-то причинам не оказалось? Как ты можешь входить в ресурсное состояние самостоятельно? Чего хочешь добиться в спорте? При каких условиях способна избежать травм?
Единство ощущения, целостность тела у детей ещё не разрушены запретами, поэтому с ними работать легче, они проще получают результат, понимают с полуслова.
Результат Оксаны: боль в коленях прошла, возможно, в силу того, что девочка почувствовала себя уверенней, на телесном уровне ощутила свои возможности, свои цели и пути их достижения. Впоследствии стала мастером спорта международного класса.
Выход агрессии
На консультацию баскетболиста привёл тренер. Суть обращения изложил так:
– На тренировках хороший результативный спортсмен, а как игра, да ещё если значимая, так на скамейке штрафников отсиживается за нарушения.
Сам спортсмен разность поведения в играх на тренировке и на соревнованиях объяснить не мог:
– Я не знаю, что на меня находит. Стараюсь, чтоб мы выиграли.
– А расскажи мне что-нибудь из детства, – попросила я. – Каким ты был? Как играл в детстве? Соперничал ли с кем? Что вспомнишь, то и расскажи.
– Когда мне было три, отец ушёл от нас, а в четыре – мама стала жить с отчимом… – Невербальные сигналы «кричали» о задетой области не пережитого конфликта. – Появился чужой дядька, который лез до моей мамы, а я остался не нужен. Помню, что игрушками в него кидался...
– А дальше что? Прижился отчим в вашей семье?
– Да, они до сих пор с мамой живут. Нормальный мужик оказался.
– Тем более хорошо. Давай предположим, что твоя обида, не решённая в детстве, находит выход сейчас в игре с соперником, после чего ты оказываешься на скамейке штрафников. Опять тебя обижают. )) Ты стал взрослым, и теперь знаешь, что люди, бывает так, расходятся, даже если у них есть дети. Вспомни сейчас свою детскую обиду… Что хотел тот маленький пацанёнок, которым ты был? Как должны были повести себя взрослые, чтобы… Попробуй вернуться в детство и проживи ещё раз так, чтобы было хорошо.
И вот уже поза стала неподвижной, взгляд фиксированным, зрачки расширились. Он рассказывал, как мама пожалела и успокоила его, как после уютно сидел у неё на коленях, и она говорила о том, как дальше они все вместе будут жить. Отчим сидел рядом и смотрел на него, было приятно и спокойно. ОН смутился от своего рассказа, а невербальные знаки – прилив энергии – говорили о попадании «в яблочко». Осталось протянуть это состояние по временной линии в будущее.
Результат из слов тренера:
– Что вы с ним сделали? Он летает по площадке!
Сообщил через полгода:
– Всё хорошо: играет, хороший, результативный игрок.
Носили на руках
Хоккеист обратился за помощью:
– Даже не знаю, что говорить! В общем, было всё хорошо, а теперь стало всё плохо.
– Так. Расскажи, пожалуйста, что значит «было всё хорошо» и что значит «всё плохо»?
– Ну, я раньше играл в нашей команде и хорошо играл. Да, меня даже, знаете, на руках носили!
– И что, гордыню поймал? Пока тебя несли, другой шайб назабивал? Тебя бросили, его подхватили?
– Что-то вроде, типа того…
– Так, и что теперь?
Парень молчал, эмоционально молчал – его лицо раскраснелось, руки не находили себе места, слова никак не складывались.
– Снова хочешь «на руки залезть»?
– Хочу!
– Расскажи, что стало теперь? Что значит «всё плохо»?
– Из команды исключили. Потом я играл в других городах, но уже никогда так, как раньше… Теперь вообще со мной не считаются, полный отстой!
– А профессию получил?
– Да, физкультурный факультет закончил.
– Просто закончил или есть намерения тренером работать?
– Да, я буду тренером работать, мне нравится, только не сейчас.
– Может, не надо вновь высоко-то? Потом падать опять…
– Я хочу вернуться в нашу команду вновь, – более осознанно и твёрдо сказал он.
– Хочешь? Пожалуйста! Давай продумаем: что необходимо делать? какие нужно приложить усилия, чтобы тебя вновь взяли в команду? Это один, желаемый вариант. Сделаем, а потом продумаем второй. Что ты будешь делать дальше, если тебя не возьмут в основной состав вновь? Согласен?
– Да, согласен.
И мы стали поэтапно работать в описанной Модели. Учли предыдущие промахи, перераспределили энергию, посмотрели, что можно добавить в творческом репертуаре. Парень действительно старался, а когда пришло время перейти ко второму этапу работы – подготовить отступление, заявил:
– Вы знаете, я понял, что мне нужно завершить спортивную карьеру. И я не жалею, что пришёл и всё это делал. Я готов потратить ещё год на игры не в нашей, а в другой команде, а потом перейти на тренерскую работу, – он говорил спокойно, связно. Такой речи я от него ещё не слышала.
Мы просмотрели линию будущего на несколько лет вперёд и спокойно завершили работу.
Результат: психоэмоциональное состояние парня выровнялось. Знаю, что через год он переехал в другой город, где и по сей день с удовольствием работает тренером.
Хотим быть первыми
Проблема, заявленная тренером баскетбольной команды:
– Нет сплочённости в игре. Могут победить в турнире, но который год оказываются вторыми!
В тренинге с целью сплочения команды, поиска ресурсного потенциала игроков принимал участие и сам тренер. Он был очень удивлён, когда по заданию к нему подходили ребята и говорили, в каких ситуациях, каким тоном, какие слова поддержки они хотели бы слышать от него. В его поведенческом репертуаре было совсем другое.
Результат: первой команда стала, но не в этот, а в следующий сезон. На мой взгляд, основные проблемы в этой команде были у тренера, но он не готов был их осознать.
Разрыв шаблона
– Что нужно сделать с командой, чтобы приезжая в любой город, любую страну, ребята быстро собирались и работали как дома? – спрашивал меня главный тренер, а я пыталась получить должность спортивного психолога.
– Попробуйте менять два-три привычных параметра на тренировках.
– Как это?
– Например, снимите шорты, наденьте юбки; запретите говорить на русском, пусть говорят на английском; проведите тренировку без обуви. Да, сегодня результат будет хуже, а завтра – возможно лучше, чем вчера. В другой раз поставьте кучку девушек в качестве зрителей, потренируйтесь без футболок, но в галстуках и так далее. Необходимость выполнять привычные действия в необычной ситуации будет повышать стрессоустойчивость ваших спортсменов. Таким образом, вы получите желаемый результат.
– Да-а? – протянул он с удивлением. – Ну, что ж, я подумаю.
Результат: на работу не взяли – руководство сменило тренера команды, но мысль была интересной.
!
