Сегодняшняя статья - следствие диалога с моим другом и тёзкой блогером Максимом Малаховым, и этот диалог длятся довольно долго. Он говорит о том, чтопсихологияигнорирует мужчин, говорит феминизированным языком и не желает повернуться к мужским проблемам. Я обычно отвечаю ему, что научная психология и психотерапия адресована всем, в ней нет гендерной специфичности. В этом я чувствую свою правоту, но, когда мы переходим в плоскость медиапространства, касаясь массовой психологии, то она действительно считает своей преимущественной аудиторией женщин. А если начинает говорить с мужчинами, то на языке стереотипов. Это, собственно, моя претензия к гендерно-ориентированной психологии. Если наряду с женской появится мужская, то проблема разделения усугубится, между мирами полов ров станет ещё глубже. Но говорить с мужчиной на одном языке вне кабинета в информационном пространстве нам предстоит научиться.
Курсивом я выделю обращение моего собеседника, в котором он обозначает проблему в том ракурсе и с теми акцентами, которые он считает важными. И мы оба приглашаем вас к дискуссии о проблеме мужчины в психологической помощи.
Приветствую уважаемое психологическое сообщество! Меня зовут Максим, и я вот уже несколько лет преследую своего тёзку с претензиями и требованиями обратить наконец-то свой взор на проблемы мужчин.
— Я не выгоняю мужчин с терапии. В запросах и темах, с которыми мы работаем, нет адресности, — чаще всего отвечает мне Максим.
Мне вспоминается православная церковь, в которой я когда-то был активным прихожанином. Мужчин там было всего ничего — может, с десяток на каждую сотню женщин. Мужчин деятельных, творческих, «пассионарных» — и того меньше; в силу специфики христианства, такие людиилиперегорали или превращались в церковных маргиналов.
Из церкви мужчин тоже не выгоняют — чаще, даже наоборот. Да и адресности в словах Евангелия нет. Более того, Библия без раздумий отдаёт мужчине пальму первенства — почему же на каждой службе женщин едва ли не на порядок больше?
«Мужик измельчал: стал инфантилом, ни о чём не думает, ответственности брать не хочет, Бога забыл, только блудит да водку пьёт» — скажет священник.
«Мужчины не рефлексируют, избегают сложных тем и ответственности, недостаточно осознанно живут, не приучены просить помощи» — скажет психолог.
А не поставить ли хотя бы в качестве эксперимента вопрос: не в вас ли в том числе дело? Не в религии ли, в которой отсутствуют жизненные силы? Не в женском лице психологии, говорящей об «отношениях», о сохранении брака, деторождении, воспитании детей — словно внутренний мир мужчины абсолютно неинтересен, а то и вовсе его нет. Словномужчина— это такаяженщинабез закидонов; ну, то есть, фигура менее интересная.
Наконец, не в нежелании ли подступаться к этой — наверняка, сложной — проблеме дело? Не в страхе ли многих, что перемены распугают их прихожанок?
И даже если мужчины действительно менее осознанны в ряде сфер, то что делает их такими и можно ли это изменить? Должна ли психология быть в авангарде этих вопросов — или же ей следует работать с тем, что выросло?
Если вы понимаете о чём я, то обязательно отпишитесь — думаю, мы сможем заявить о себе!
!
