"Как сердцу высказать себя?/ Другомукакпонять тебя?/ Поймет ли он, чем ты живешь? / Мысль изреченная есть ложь". Наблюдение Ф. Тютчева вообще верно, а применительно к психологическому консультированию - исключительно верно. Когда мы рассуждаем о перспективах консультирования / терапии, мы часто подразумеваем совместимость моей специализации и запроса клиента, подхода, в котором я работаю и темперамента человека, уровня моей квалификации и степени порушенности личности, моих методов и ценностей обратившегося ко мне за помощью. Гораздо реже мы принимаем в расчет язык, на котором мы говорим и мыслим - даже если этоодини тот же язык, он у нас отличается. У нас разные вокабуляры, они же словари, мы взросли в разных языковых стихиях и усвоили разные средства доставки смыслов. Поэтому первичное напряжение на границе контакта, выражаясь терминами гештальтистов, связано ещё и с этим - необходимостью поиска нужных слов, которые будут понятны клиенту. Задача осложняется еще больше тогда, когда начинается обязательное психообразование - объяснение того, что такое, например, личностные расстройства, фрустрация потребностей, компенсация и пр. В зависимости от направления, в котором ты работаешь, ты должен также довести до человека смысл твоих специфичных жаргонизмов. Например, в когнитивно-поведенческой терапии нужно объяснить значение таких штуковин, как "автоматические мысли", "глубинные убеждения", "триггеры", "схемы", "режимы", "поведенческая активация", и пр. и пр. Есликлиентне начал озираться, мысленно вопрошая себя - "С кем этот человек разговаривает?!", значит ты, вероятно, что-то сумел донести. В любом случае, хронотоп психотерапии с данным конкретным человеком будет включать своего рода взаимную герменевтику - усвоение смыслов друг-друга, или, проще говоря, изучение языка, на котором говорит каждый из нас. Будет взаимопонимание - будет контакт. Будет контакт - будет терапия. Если кто-то не освоитязыкдругого (не смог, не захотел и пр.), взаимопонимания не будет. И терапии, конечно, тоже.
!
