О влиянии классиков на неокрепшие умы. Часть V. Классики всегда так… не поддаются выравниванию

О влиянии классиков на неокрепшие умы.  Часть V. Классики всегда так… не поддаются выравниванию

Окончание. Начало здесь:

https://www.b17.ru/article/81215/

https://www.b17.ru/article/81492/

- https://www.b17.ru/article/81672/

- https://www.b17.ru/article/81820/

Завершает почетный ряд портретов классиков «тяжелая артиллерия» - Лев Толстой!



Впереди «изучение» в выпускных классах «Войны и мира», во взрослой жизни – «Анны Карениной». Интересные факты: оказывается, в названии первого произведения «мир» означает не антитезу войне, а общественную жизнь. Подозреваю, что и слово «война» имеет дополнительное значение – личное, олицетворяющее внутренний конфликт каждого героя. А «Анна Каренина» была написана как бульварный роман! Могу согласиться с натяжкой, что по сравнению с эпопеей это, возможно, «легкий жанр», но в целом уровень беллетристики того времени впечатляет. Особенно по контрасту с сегодняшним днем. 

Но вернемся в класс. Портрет висит кривовато. И по ассоциации я соскальзываю к сюжету ужасно популярного на тот момент фильма «Вам и не снилось». Там главный герой, Ромка, увидев, что попытка одноклассника повесить ровно портрет Льва Толстого не приводит к желаемому результату, задумчиво произносит: «Классики всегда так… не поддаются выравниванию». И мои мысли устремляются совсем в другое направление, отличное от темы урока… Фильм закончится благополучно, но я уже знаю, что в книге Галины Щербаковой, по которой снят фильм, конец иной – Ромка погибнет. Нелепо и бесповоротно.  Маловероятно, что Катя, девочка, в которую он влюблен, переживет это событие без потерь, ведь она уже говорила, как бы мимоходом, о жизни без любви: «А я бы тогда не жила!». И кто будет в этом виноват? Никто. И в то же время все. Потом каждый будет себя винить. Но исправить уже будет ничего нельзя… Но вот и звонок. Наконец-то!



Все мы знаем, о чем этот фильм - о «детской» любви. И о «детском» горе. «Детская любовь» звучит как-то снисходительно. А как звучит «детское горе»? Как будто тоже что-то несерьезное, ненастоящее, кратковременное, о чем потом будет вспоминаться с улыбкой? Или наоборот, как что-то страшное, что кроется в сочетании этих двух слов, которые, казалось бы, не могут, не должны стоять рядом…

Чем старше человек становится, тем больше удлиняется для него понятие «детский». Вот и подростковый период, в котором когда-то считал себя уже совершенно взрослым, становится «детством». Да и студенческие годы с их глупостями тоже со временем превращаются в период «детских шалостей». И тем меньше сила переживаний по поводам, которые остались в прошлом. Отчасти потому, что это уже пройденный этап, ранящие события которого, повторившись в дальнейшем неоднократно, травмируют уже не так сильно. Отчасти – потому, что чувства того периода старательно прикрыты слоями памяти, затолканы вглубь души «под коленку». А может быть, так легче – думать, что в детстве все «не по-настоящему»…

Но так ли это для ребенка? Малыш в первый раз остается в детском саду без мамы… Можно ли согласиться с тем, что его растерянность и ужас – ненастоящие? Первоклассник получил в прописи 3... Его страх перед разочарованием в глазах отца – несерьезный? Подросток, услышавший от девочки, с которой дружил, что «мы не подходим друг другу»… Боль отвержения, ощущаемая им как адская – на самом деле не больная?



«Ерунда! Не переживай, то ли еще будет!» - с уверенностью говорит ему взрослый, который заметил боль в глазах. Но помогает ли это ребенку справиться с горем? Или оставляет его - неопытного, беспомощного, лишенного поддержки -  один на один с этим едва выносимым переживанием? Если взрослый исходит из соображенийя что в детстве нет серьезных чувств, то вряд ли он сохранит пресловутый «контакт» со своим ребенком, о котором говорится абсолютно всегда, когда звучит тема детско-родительских взаимоотношений. При этом «контакт» представлен зачастую как панацея от всех бед. Дескать, сохраняйте понимание с ребенком, и все будет хорошо.

Согласна, без понимания со стороны родителя взаимопонимания с ребенком не будет. Хотя нетрудно разделить и переживания взрослого, когда такое теплое общение с самым родным существом еще вчера наполняло жизнь смыслом и светом, а сегодня все погасло и превратилось в ледяную пустыню отчуждения… На мой взгляд, «контакт» - крайне необходимое условия благополучия взаимоотношений со взрослеющим человеком. Но далеко не всегда достаточное! Почему? Потому что, как сказал в своих мемуарах Анатолий Мариенгоф, потерявший единственного сына-подростка: «Не забывайте — дети очень скрытные… Особенно для родителей, даже если они дружат с ними. Почему? Потому что они дети, а мы взрослые. Два мира».

Но чего же тогда достаточно для того чтобы беды, связанные с взрослением, миновали ребенка? Признаюсь, я не знаю. Потому что масса готовых рецептов дают осечки в разных ситуациях. Но я уверена, что основа «контакта» - это признание детских чувств «настоящими». Полноценными переживаниями, достойными уважения. И еще важно помнить: внутренний мир ребенка – очень хрупкий. Одно неосторожно движение, и…

Возможно, имеет смысл не только любить своего ребенка без памяти, в каком бы возрасте он ни был. Имеет смысл еще и уважать его. В каком бы возрасте он ни был.



Поделиться:


2017-06-29
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?