Работая в реабилитационном центре с неблагополучными семьями, я практически в 99% случаев наблюдала картину, когда ситуация дисфункции есть не только в семье, с которой сейчас имеем дело, но она есть и в родительский семье, из которой вышли дети и создали свои семьи.
Очень часто сопровождающие специалисты вскидывают руки, причитая: «Как же это так? В семье были такие проблемы из-за алкоголизма одного из родителей или обоих сразу, дети натерпелись, а вот когда выросли – продолжают вести образ жизни родителей».
И, конечно, многие читали про жизненные сценарии и как трудно детям уйти от него. Но! Сценарий сценарием, а что же лежит в основе этой потребности – повторить его?
Эта закономерность встречается не только в семьях, где есть зависимости или насилие. В более слабой форме ее можно обнаружить в любой семье. Часто даже речь идет не о прямом копировании, а о сложной взаимосвязи того, в какой атмосфере воспитывался человек и как она повлияла на то, какую атмосферу воссоздает партнер в своей взрослой семье.
В семье где было принято жестокое обращение с детьми, вырастает взрослый человек, который раз за разом вступает в отношения с партнерами, которые также применяют насилие по отношению к нему.
В процессе терапии клиенты вспоминают и о счастливых эпизодах своей детской жизни и о печальных. И те, и другие составляют единый образ детства, в котором было много чего. И порой описание травматичных событий рождает у меня ассоциацию внутреннего ада, в котором побывали мои клиенты. Так много боли, страха, отчаяния, ненависти, злости, бессилия…. Но этот ад был частью их жизни. И ребенок аккумулирует в себе весь опыт. Он еще не может сказать: «Так! Стоп! Это мне не нужно! Это я не возьму!». Все берет. И относится как к норме, к любым проявлениям и отношениям.
Это когда уже ребенок подрос и критически окидывает взгляд назад, приходит понимание и переоценка ценностей и отношений. В этот момент внутри формируется фигура взрослого, который может посмотреть со стороны. Именно эта взрослая фигура способна сформировать новое отношение к происходящему и произошедшему.
Но у нас по-прежнему внутри есть тот ребенок, для которого его детство – это что-то знакомое, родное, наполненное как страшным, так и любимым. А порой они так плотно сливаются и переплетаются, что кажется, что одно без другого существовать не может. Народная «мудрость» про «любовь с кулаками» как раз об этом.
И клиент может искренне не понимать и сам себе удивляться – «Как он вляпывается в такие отношения?». Ведь умом то все понимает, но продолжает воссоздавать этот маленький внутренний ад.
*************************************
Маруся живёт на дамбе между раем и адом
у неё есть собака, птица в клетке и домик с садом
Маруся живёт спокойно у неё работа такая
караулить ад чтоб он не переливался на сторону рая
Ад ведёт себя хорошо он занят своими делами
мерно гудит и спокойно бурлит котлами
в раю тишина и покой как и велено свыше
рай сияет смеётся и тихо дышит
Иногда Маруся открывает маленький краник
набирает немножко ада чтобы полить герани
известно они от этого ярче ну и остатки
ада она выливает в кофе чтоб тот стал крепким и сладким
Однажды ночью собака лает чувствует странное нечто
Маруся выходит к дамбе и точно открылась течь там
ад струится мерцает переливается под ногами
ад расцветает под светом луны невиданными цветами
Ад звучит как оркестр и пахнет как сто магнолий
Маруся вдыхает ад и совершенно теряет волю
оставь аду течь и рай превратится в море
когда слишком много горя ты уже не чувствуешь горя
В опасности есть восторг в бою упоенье
в раю трепетанье крыл но только в аду движение
но Маруся бежит сама не своя в свой домик полураздета
ей всё-таки жалко рая покоя его и света
Хочется адского сада но жалко неба
Маруся скорей со стола хватает краюху хлеба
и залепляет мякишем всё откуда струится
дымится переливается то с чем хочется слиться
Как ни в чём ни бывало Маруся просыпается утром ранним
собака виляет хвостом в саду как всегда герани
но хлеба ни крошки в доме и Маруся сидит и плачет
а кофе кипит в кофейнике да птичка по жёрдочке в клетке скачет.
(c) Мария Стрельцова
!

