Детско-родительский конфликт. Стихии вопреки

 

В предыдущей статье «Родители и дети в дьявольском смерче конфликта» речь шла о том, что если между родителем и ребёнком отношения становятся всё хуже и хуже, то возможно предположить существование «чёртова круга» дисфункциональной коммуникаци, модель которого разработал классик немецкой психологии, основатель современной психологии коммуникации Фридеманн Шульц фон Тун.
В этой статье я продолжаю начатую тему.

Чтобы проверить, действительно ли я (родитель) имею дело с «чёртовым кругом» в ситуации ухудшающихся отношений с моим ребёнком, я могу воспользоваться рядом признаков:

1. Конкретные конфликты по одним и тем же вопросам постоянно повторяются.

2. Растёт моё внутреннее напряжение, мне становится всё сложнее и сложнее общаться с ребёнком.

3. Растёт моё негативное отношение к ребёнку в целом.

4. Растёт моё отчаяние, неверие в то, что общую ситуацию возможно изменить к лучшему.

Если эти признаки присутствуют, то вполне вероятен именно «чёртов круг», а значит, есть надежда, что всё-таки можно что-то изменить!

С чего же начать?

Шаг № 0

Цифра «0» не случайно выбрана для этого шага.
Она означает, что прежде чем начать выход из «чёртова круга», необходимо обратиться к себе и задать вопрос, от которого, пожалуй, зависит, стоит ли вообще двигаться дальше.
Вопрос звучит так: «Действительно ли я хочу выбраться из «чёртова круга» в отношениях с моим/ей сыном/дочерью?».
На самом деле ответить на него непросто…

Во-первых, поддержание «чёртова круга» в межличностных отношениях, как ни странно, может быть выгодно.
В своей книге «Говорить друг с другом: анатомия общения» Шульц фон Тун приводит пример конфликтных отношений между сыном и отцом в постразводной семейной ситуации: сын хулиганит, совершает мелкие правонарушения, отцу становится известно об этом, он порицает сына, делает строгие «внушения».
Но дальше ситуация только ухудшается, и всё повторяется снова и снова, по нарастающей.
При этом и отец, и сын имеют возможность сохранить «принадлежность» друг к другу, возможность общаться друг с другом в ситуации распада семьи хотя бы подобным, «кривым» способом.

Таким образом, существование «чёртова круга» может быть необходимо на скрытом, более глубинном уровне отношений, поэтому я (родитель) могу на самом деле и не хотеть, чтобы он прекратился.

Во-вторых, очень многое в процессе выхода из «чёртова круга» зависит от того, способен ли я признать, что в сложившихся конфликтных отношениях есть моя ответственность (мой личный вклад).
Не просто допустить, а именно признать.
Это очень нелегко – признать свою ответственность и столкнуться с переживанием вины.
В какие-то моменты чувствовать свою вину перед ребёнком откровенно больно.
Об этом следует помнить и быть готовым.

Шаг № 1

Если удалось осознать препятствия и всё-таки сделать обдуманный выбор в пользу выхода из «чёртова круга», то следующим шагом может быть обращение к пункту №1 модели:

Рис.1

И здесь уместно задать вопрос: «А почему нельзя сразу обратиться к пункту №4? Например, просто взять и поговорить с ребёнком, всё с ним прояснить?».
Я думаю, что открытый разговор только на пользу!
Но главной трудностью, на мой взгляд,  может быть то, с каким настроем я (родитель) подойду к этому разговору.

Если конфликт между мной и моим ребёнком существует продолжительное  время, то очевидно, что наши отношения на данный момент далеки от дружеских и доброжелательных.
А значит велика вероятность того, что я не смогу верно услышать и понять «другую сторону».
Понять «недруга» вообще крайне сложно.
Особенно сложно, если даже лишний раз говорить с ним не хочется.

Чтобы открытый, доверительный разговор стал возможен и принёс пользу, Шульц фон Тун предлагает попробовать изменить собственный общий настрой, смягчить его, начав с пункта №1.
Он  задаёт парадоксальный вопрос: «Что хорошего в плохом?»
Иначе говоря, что в неприемлемом для меня поведении моего ребёнка может быть хорошего?
Не спешите, подумайте над тем, как вы сами ответили бы на этот вопрос…

В помощь к размышлениям предлагается ещё одна замечательная модель Шульца фон Туна – «квадрат ценностей».
Возьмём конкретный пример: сын не убирает в своей комнате, содержит в беспорядке.




Рис.2

Как можно назвать то, что мне как родителю в этом не нравится?
Вероятно, неряшливость (поле А)?
Хорошо, а что выступает противоположностью неряшливости?
Очевидно, аккуратность (поле Б).

Но что если мой сын вдруг стал бы чрезмерно аккуратным, придирался бы к разным несущественным мелочам, изводил бы себя и других нудным формализмом и мелочной точностью?
Хотел бы я видеть его таким педантом (поле В)?
Конечно, нет!
Лучше, когда человек всё-таки  знает меру в аккуратности, может легче смотреть на вещи, воспринимать их с большей гибкостью.
Тогда и общаться с ним легче. 

Продолжая размышление, в поле Г можно вписать слово «гибкость».
Соответственно, неряшливость моего сына я могу увидеть не только как недостаток, но и как косвенное проявление (хотя, возможно, и не лучшее) его гибкой, живой натуры, способной не зацикливаться на формальном, а видеть и выделять что-то наиболее актуальное, главное для себя.
Мне кажется, это замечательная способность.
А вам?

Итак, мы вместе попробовали увидеть «хорошее в плохом» в пункте №1 коммуникативной модели «чёртов круг».
Если вам удалось это сделать, применив «квадрат ценностей» по отношению к своим актуальным конфликтным ситуациям, я искренне рад!
Если же не удалось, это не беда.
Впереди ждут следующие пункты модели, в которых тоже можно поработать, чтобы всё-таки выбраться из «дьявольского смерча» конфликта со своим ребёнком.

Продолжение следует…

P.S. Выражаю особую благодарность компании FBK-Coaching, официальному представителю "Института коммуникации" Фридеманна Шульца фон Туна в России за предоставленные иллюстрации (Рис.1,2).

 

2015-11-18
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?