Зарубежные периодические издания по тематике сексуальных влечений регулярно публикуют результаты самых последних исследований, авторы которых пожелали их озвучить. Наверное, существуют и такие, кто не спешит делиться своими открытиями, предпочитая долгий путь. Я благодарю тех, кто не побоялся начать исследование и довольствовался определенными временными рамками и полученными результатами, которые могут стать своевременно пришедшим к нам материалом для дальнейших дискуссий и изучения.
Дакрифилия – ненормативное сексуальное влечение, характеризующееся удовольствием или возбуждением от слез и плача, и на сегодняшний день почти не изученное эмпирически.
На базе Школы социальных исследований университета Ноттингема было проведено эмпирическое исследование дакрифилического опыта методом онлайн асинхронного интервьюирования.
Сложность исследования состояла в относительной доступности информации, нежелании респондентов выносить на обсуждение свои интересы, быть «подопытными кроликами». Несмотря на возрастающую толерантность социума, люди с ненормативными сексуальными интересами предпочитают оставаться и делиться информацией в кругу себе подобных, не решаясь во всеуслышание говорить и обсуждать свои наклонности, в том числе и по причине противозаконности некоторых из них.
Ненормативные сексуальные влечения, т.н. парафилии, описываются в DSM-5 как любое интенсивное и устойчивое сексуальное возбуждение, отличное от сексуального возбуждения, вызываемого стимуляцией гениталий или предварительными ласками с фенотипически нормальной, физически зрелой человеческой особью по обоюдному согласию. Также указаны 2 критерия, одновременно выполнение которых говорит о патологичности влечения: а – интенсивное повторяющееся сексуальное возбуждение, прямо связанное с объектом или деятельностью, соответствующей описанию парафилии, на протяжении 6 месяцев; b – сексуальные фантазии, импульсы и поведение влекут за собой клинически значимый разлад и нарушение в социальной, профессиональной и других сферах жизни.
DSM-5 также позволяет диагностировать «прочие специфические парафилические расстройства» и «неспецифические парафилические расстройства» (не ясные и требующие дальнейшего исследования).
Много исследований ненормативных сексуальных влечений преимущественно сфокусированы на патологическом сексуальном влечении, попавшем в поле зрения судебной системы и институтов психического здоровья. Опыт тех, кто не подвергался изучению и не описывал свое ненормативное сексуальное влечение как расстройство, остается малопонятным. Исследование дакрифилии относится к исследованиям ненормативных сексуальных влечений, удовлетворяющих только критерию А.
Однако некоторые авторы рассматривают дакрифилию, как расширенный вариант нормативного поведения в отношении чужих слез и плача - большее желание оказать внимание и содействовать комфорту плачущего. Подобная вероятность все же оставляет открытым вопрос - почему некоторые люди испытывают сексуальное возбуждение при виде слез и плача в то время, как другие его не испытывают. Таким образом, в целом, скудная литература о дакрифилии предполагает несколько направлений для будущих исследований, при этом не имея под собой подтверждающих теорию эмпирических данных.
Респонденты, участвовавшие в исследовании, идентифицировали себя, как гетеросексуалы, бисексуалы, пансексуалы и гетерофлексибл, то есть не было ни одного человека, четко относящего себя к гомосексуалам. Отчеты и описания респондентов, участвовавших в исследовании, указали три различных области сексуального влечения в пределах дакрифилии. Меня заинтересовали две наиболее существенные из них:
- сочувствие/сострадание;
- доминирование/подчинение.
Эмоциональный плач и слезы, в отличие от рефлекторных, являются уникальным феноменом млекопитающих, функция которого все еще не полностью прояснена. Плач рассматривался, как коммуникативная функция, особенно в сочетании с беспомощностью и бессилием. В соответствии с этим подходом, слезы проливаются в знак отказа от воздействия на фрустрацию и последующим осознаванием, что фрустрирующие обстоятельства никак нельзя преодолеть. Текущая парадигма представляет слезы и плач, как акт приспособления, призванный вызвать заботу. Таким образом, плач может рассматриваться как средство для получения внимания, эмпатии и поддержки, и пробуждения в окружающих желания помочь избавиться от источника дискомфорта.
Сочувствие
В исследовании отмечается, что для респондентов со склонностью к сочувствию определяющим дакрифилию фактором является важность утешения плачущего. Половина участников исследования выражали дакрифилическое влечение через сочувствие/сострадание, понимая его как наслаждение или возбуждение посредством утешения плачущего человека.
Большинство участников со склонностью к сочувствию описали свою способность утешать в дакрифилическом смысле, как естественную роль или долг. Бытие сочувствующим рассматривалось как врожденная особенность, как идентичность, существовавшая с ранних лет, и респонденты даже упоминали о ней, как о маркере для выбора профессии. Эта особенность укоренилась в качестве основы их идентичности и запомнилась как часть детских фантазий и желаний, что делает сочувствие фундаментом их влечения и, как полагают авторы исследования, позволяет предположить, что дакрифилия в их случае станет многолетним и долгосрочным сексуальным влечением. Идея о том, что многолетнее ненормативное сексуальное влечение имеет детские корни, поддерживается.
Некоторые респонденты полагают, что их способность к утешению отличает их от других людей. Другие говорят, что способность к утешению могла бы стать основой профессиональной деятельности. Есть предположение, что люди с сильной когнитивной эмпатией с большей вероятностью дают быстрый поддерживающий отклик на слезы, и что некоторые люди более подходят для утешения плачущего, чем другие.
Респонденты с проявлениями сочувствия также подчеркивали, что их дакрифилия фокусируется на утешении боли, нежели на самой боли. Типичной особенностью описаний репондентов с акцентом на сочувствие было наличие детских фантазий об утешении людей с тяжелой судьбой, облегчении их боли.
Среди причин развития дакрифилического влечения сами респонденты называют наблюдаемые ими в детстве сцены низвержения сильного и статусного сверстника, хулигана. Социальное отвержение, переживаемое последним, доставляло респондентам моральное удовлетворение.
Мужские слезы, рассматриваемые социумом как немужественный акт, представляют собой разрыв гендерного шаблона, произведший сильное впечатление на респондентов в детстве. Это открытие говорит, что нарушение социально закрепленных норм может играть роль в формировании желания утешать и получении удовлетворении от сочувствия. Таким образом, можно говорить о том, что нарушение социальных/гендерных норм другими людьми может провоцировать развитие дакрифилии у респондентов.
Доминирование/подчинение
Садомазохистическая дакрифилия маскировалась под сочувствующую, так как в записях респондентов не содержалось открытого указания на подобное активное влечение.
Респонденты с акцентом на доминирование/подчинение выражали влечение к слезам и плачу, вызванным эмоциональной или/и физической болью. Существует интересное наблюдение, утверждающее, что слезы и плач выполняют приспособительскую функцию, имеющую своей целью получение поддерживающего отклика. Очевидно, слезы в контексте доминирования/подчинения появляются не для получения поддерживающего отклика, здесь возникает отклик с последующей эмоциональной/физической болью и/или сексуальной активностью, то есть плач и слезы имеют своей целью привлечение внимания. Респонденты, связывающие акт плача с получением внимания, отмечают, что немедленный отклик на слезы – это последующее за ними сексуальное внимание. Это указывает на функцию слез в контексте доминирования/подчинения, отличную от бытового контекста.
Дакрифилическое влечение респондентов выражалось преимущественно в возбуждении от вида слез и плача, вызываемых у саба с его согласия. Дакрифилический опыт обязательно включал эмоциональную и/или физическую боль, и слезы и плач, как вторичное проявление. Все респонденты с акцентом на доминирование/подчинение наслаждались эмоциональной и физической болью, однако описания подчеркивают необходимость слез и различные способы использования эмоциональной или физической боли для достижения сексуального возбуждения от слез:
– усиление боли до момента непереносимости;
- сочетание вербального и физического унижения, как фактор достижения наиболее интенсивного возбуждения;
- слезы, как катализатор возбуждения для доминирующего мужчины, что в свою очередь, возбуждает партнершу.
Несмотря на то, что респонденты с акцентом на доминирование/подчинение рассматривают слезы и плач, как вторичный компонент своих предпочтений, их описания отражают главенствующую роль слез в достижении сексуального удовлетворения. Без слез респонденты не были бы так возбуждены реакцией своих партнеров, не достигли бы проживания полнейшей капитуляции доминанту. Таким образом, слезы и плач играют значительную роль в сексуальности этих респондентов.
Результаты исследования, проведенного на базе университета Ноттингема, было бы неразумно экстраполировать на всех людей с дакрифилическими склонностями, так как изучение касалось дакрифилического опыта небольшого количества респондентов, готовых к сотрудничеству. Тем не менее полученные результаты могут служить предварительными выводами и стать материалом для дальнейших дискуссий и исследований.
!
