МЕТОДИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО по применению акустических психогармонизирующих фабул

👁 22
ВВЕДЕНИЕ

 

Одной из важнейших задач современного общества является обеспечение достойного «качества жизни» Человека. Понятие «качество жизни» очень широко и каждый индивидуально для себя определяет тот круг необходимого и достаточного, который обеспечивает собственно персоналии состояние относительной гармонии с обществом и окружающей средой, соответствующее имеющемуся уровню здоровья, образования, возрасту, полу, сложившимся представлениям о достойном образе жизни и т.д. Однако, как бы широки ни были возможности трактовки понятия «качества жизни», все же вполне возможно определить некоторые положения, относительно верные для любых обстоятельств.

Во-первых, это касается состояния физического здоровья и отношения к нему индивидуума. Преувеличение значимости, как и недооценка состояния собственного здоровья влекут за собой, с одной стороны, «уход в болезнь» (часто мнимую болезнь), формирование психастенического состояния, то есть невротизацию, а с другой, способствуют разрушению здоровья различного рода злоупотреблениями. В то же время, адекватная оценка состояния организма обеспечивает не только сохранение здоровья, но и является одним из факторов предупреждения болезни.

Во-вторых, чрезвычайно важно наличие равновесия процессов восприятия окружающего мира и их индивидуальной оценки. Социальный «пофигизм», как и переоценка внешних событий (от глобальных политических до «внутрикухонных») также могут стать причиной либо формирования асоциального поведения, либо развития сверхценных идей, чувства тревоги, неврозов и даже психосоматических заболеваний.

В-третьих, что в большой степени следует из двух предыдущих положений, необходимо наличие возможности адекватного социально-биологического реагирования на изменения внутреннего состояния и внешних условий существования. Современные условия жизни не обеспечивают в достаточной степени возможности адекватного реагирования, что определено социальным порядком в обществе и весьма часто связано с недостижимостью объекта реагирования. Формируется состояние «неотреагированной эмоции», что, по мнению современной медицины, является основой формирования «болезней цивилизации». Не менее важен факт информационных перегрузок, связанных с образованием, прессой, телевидением, воздействием деструктивных сект и пр.

Консолидация высказанных положений (далеко не полных) заключается в том, что мы пытаемся найти и предложить путь достижения равновесия Человека с внутренней средой и средой обитания. Один из возможных подходов к достижению этого равновесия реализован в создании психогармонизирующих фабул, содержащих психотерапевтическое воздействие, предлагаемое пользователю (пациенту) в особой скрытой форме. 

При создании таких методов возникло огромное количество вопросов, ответы на которые были получены в исследованиях на больших популяциях. В результате работы были созданы психогармонизирующие фабулы, встроенные в музыкальные произведения и записанные на CD-диск или иной носитель. Клиническое применение этого продукта позволило продемонстрировать высокую его эффективность при лечении широкого круга заболеваний и, что представляется особенно важным, выявило позитивное действие на практически здоровых лиц, что выражалось в повышении эмоциональной устойчивости и в укреплении сбалансированности психических реакций индивидуумов  в условиях меняющейся информационной нагрузки окружающей среды.

Однако, прежде, чем мы приступим собственно к изложению особенностей скрытого воздействия на психику человека, необходимо очертить общие подходы, которые разрабатывались более  20 лет.

 

ПСИХОЭКОЛОГИЯ

 

В последние годы сформировалось особое направление в науке о человеке, которое нельзя в полной мере отнести к физиологии или патологии, психиатрии и психологии. Собственно, это наука о безопасности психического состояния человека в условиях меняющихся информационных нагрузок.

Субстратом психоэкологии как науки, то есть областью её интересов, являются взаимоотношения и взаимовлияния человека как информационного существа и информационной среды его обитания.

Отличие человека от других животных состоит в исключительно развитой системе знакового общения. Прежде, чем появились философия, религия, математика, - возникла наскальная живопись. Появился знак, выраженный техническими средствами, который побуждал в психике другого индивида соответствующий образ или инициировал соответствующее поведение. Резкий скачок цивилизации произошёл с появлением алфавитов, следующий скачок – с появлением всемирных телекоммуникаций и средств массовой информации. Современный человек живёт в колоссальном информационном мире, уже не в полной мере контролируя потоки действующей на него информации.

Субстрат психоэкологии разделяется на две сферы.

Первая касается личности конкретного человека, связана с информационным исследованием этой личности, решением её проблем и болезней, и относится обычно к областям медицины, психоанализа, психологии.

Вторая сфера преимущественно социальна – она связана с воздействием на людей потоков массовой информации и входит в область национальной безопасности.

Из дальнейшего мы увидим, что, как ни странно,

-    во-первых, психику очень трудно повредить намеренно;

-         во-вторых, психику очень легко повредить намеренно.

В жизни каждого человека бывают события, которые оставляют неизгладимый след в его душе. Тем не менее, психика, являясь процессом, а не континуумом, в силу своей многомерности чрезвычайно устойчива к действию любого нового стимула и тем более устойчива, чем больше в ней накопилось психосемантических элементов (про бывалого человека говорят: «его вряд ли можно удивить чем-нибудь»). У взрослых особей импринтинг в естественных условиях невозможен. Поэтому никакое однократное информационное воздействие не повреждает психики.

С другой стороны, если свобода воли у человека всегда ограничена рамками сознания, то, минуя его, например, во сне, можно ввести информацию, которая никогда добровольно не была бы принята человеком, и тем самым навредить.

Современный человек живёт в среде неконтролируемых информационных потоков, от которых почти невозможно защититься. Неуправляемые средства массовой информации при отсутствии нравственной цензуры слишком смакуют сцены насилия, сопровождая их циничными комментариями и гнусными подробностями. Это приводит не только к появлению страха и росту социальной агрессии, но и к допустимости преступления.

Неограниченные меркантильные (рекламные) вливания создают слишком много степеней свободы выбора. А ведь их количество уже давно превышает оптимально разумное.

 Широкий доступ в средства массовой информации разнообразных сектантов-проповедников (количество зарегистрированных квазирелигиозных организаций в России в 1998 г. превысило 8000), лукавых политиков, лихих экстрасенсов, ловких концессионеров, порнографов – всё это делает человека растерянным  и озлобляет.

Эти потоки влияют, как любое знание, изменяя психику, и это естественно. «Если по телевизору будут по всем каналам показывать ток-шоу, посвящённые мастурбации, проституции, эрекции и прочим «простым радостям» бытия, то очень скоро люди окончательно сойдут с ума. О каком-нибудь Чикатило сегодня написано уже, вероятно, больше, чем о Фёдоре Михайловиче Достоевском. Практически любой школьник знает, кто такие Солоник и Япончик. А на вопрос, кто такие Врубель, Левитан, Кустодиев и чем их картины различаются, в ответ сегодняшний подросток в лучшем случае пожмёт плечами, а скорее всего покрутит пальцем у виска» (П.Дашкова).

Национальная безопасность нашей Родины сейчас определяется не политическими, военными или экономическими паритетами, а устойчивостью национального менталитета и конкретно – его носителя, Человека.

Однако основное содержание человека как информационного существа недоступно его сознанию. Оно относится к области бессознательного.

Всё это подтверждает достаточно тривиальное положение о том, что для психики питательным субстратом является информация. Суть любой идеи и её физический субстрат – информация (семантика).

Психоэкологическая угроза № 1: нецензурные средства массовой информации.

Нецензурными средствами массовой информации можно считать те, в которых отсутствует нравственная цензура производителей (циничное и детальное смакование гнусных преступлений, неограниченная реклама непроверенных товаров, недопустимое комментирование политических воззрений и т.п.).

Разрушительный удар первых лет «гласности» уже перенесён – выработался психический иммунитет и мы научились тому, что незыблемая идиома – «что написано пером – не вырубишь топором» – неверна. Мы уже не слепо доверчивы и знаем, что всё, адресованное массам с трибуны, через газету или телевизор, может быть ложью.

Теперь ещё большей угрозой становится возможность несанкционированного личностью воздействия – воздействия, не контролируемого сознанием реципиента.

Психоэкологическая угроза № 2: несанкционированные воздействия массового поражения, исключающие волевой контроль со стороны сознания человека.

Основное содержание психики как информационной сущности человека недоступно его сознанию. Оно относится к области бессознательного. Обыденное сознание контролирует долю процента психики.

Из-за отсутствия до последнего времени материальных, измеряемых феноменов бессознательного вся эта область казалась эфемерной, выдуманной. Люди предпочитали толковать сновидения, гадать на кофейной гуще, взывать к звёздам, рукоблудить с помощью биополей, ссылаться в своих действиях на религиозные фетиши.

Фрейд оказался предтечей нового мира. Но, чтобы перевернуть старый мир, надо было найти точку опоры.

Ассоциативный эксперимент Юнга, сопряжённая моторная методика Лурия, обратное маскирование, 25 кадр Фишера, дихотическое предъявление, тахистоскопическое воздействие и многое другое в сотнях тысяч научных трудов за последние 100 лет – всё это было посвящено одной цели – научиться измерять психические процессы и сделать изучаемым то, что ранее было доступно только пассивному наблюдению.

Сделали.

Тем временем некоторые изобретения оказались средством воздействия на состояние и поведение человека. Воздействия такого, которое никак не контролировалось сознанием.

Например, оказалось, что можно управлять выбором человека при решении задач, обеспечивать предпочтение или избегание чего-то, научить чему-либо и пр.

Каждая личность действительно обладает правом получать, передавать, создавать и хранить информацию. Это одно из базовых свойств личности как информационного объекта. Но в последние годы в связи с быстрым развитием компьютерных технологий, с резким увеличением количества информационных потоков в нашей стране, с существенным изменением их качества, есть основания подозревать, что несколько изменился сам менталитет общества в целом. Если раньше в соответствии с отличным рецептом А.Н.Толстого для того, чтобы навредить соседу, достаточно было вдуть ему в замочную скважину йодоформа, то теперь куда более неприятных эффектов можно добиться путем привнесения той или иной информации через любые каналы передачи этой информации, например, через телекоммуникации всех видов. В этих условиях поведение человека начинает незаметно для него самого изменяться. В первую очередь это сказалось на психически больных.

      Произошла очень серьезная модификация структуры бреда. Если раньше определенные контингенты больных предполагали, что на них воздействуют с Марса гипнотическими лучиками, то теперь идут жалобы на психотронное оружие. Такие больные находятся часто в очень тяжелом состоянии, нуждаются в госпитализации. Причем формальные психиатрические приемы в таких случаях недостаточно эффективны.

Второй аспект несанкционированных личностью воздействий – это общеизвестное всем резкое возрастание количества всяких сект, проповедников, сект не только религиозных и квазирелигиозных, но и совершенно мистических и даже сатанинских. Официально зарегистрированное количество сект превысило уже несколько тысяч. Вспомним пресловутое Белое братство, «верховный жрец» которого официально является инвалидом второй группы по психиатрии, Аум-Синрике. Распространяемая на дискетах энцефалограмма Асахары, якобы снятая с него во время медитативного транса, загружается на винчестер в компьютер, а затем через цифроаналоговый преобразователь подается через обычный шлейф с проводками      на обычный энцефалографический шлем. По утверждениям адептов этой секты, те      энцефалографические изменения, которые наблюдались у самого Асахары во время транса, должны вводить в особое состояние того адепта, который пользуется этим приемом. На самом деле, это чисто ярмарочный прием.

Кроме того, в мире существует и довольно давно известно научно-           практическое направление, которое занимается разработкой техногенных средств воздействия на человека. Еще в начале века ставились психофизические эксперименты по неосознаваемому восприятию, неосознаваемому реагированию на сознаваемые стимулы. В 1926 году русский ученый А.Р.Лурия опубликовал статью, в которой описывается прототип современного детектора лжи. В конце сороковых годов за рубежом резко интенсифицировались работы по неосознаваемому вводу-выводу информации в человеческую память. Кафедра психоэкологии РУДН также занимается этими проблемами. Оказалось, что параллельно были разработаны совпадающие по времени основные технические приемы, позволяющие как анализировать неосознаваемую сферу психики человека, так и корректировать ее.

Обсуждая проблемы защиты информации от доступа к ней, мы       совершенно упускаем из вида главнейшую из проблем - как защитить от информации самого человека. Мы не задумываемся о том, что через компьютерную связь, через модемную сеть, через радиоточку, телевидение могут быть использованы достаточно простые средства неосознаваемого внушения. Мы должны четко для себя определить, что отныне основные свободы и права личности заключаются вовсе не в сохранении того банка данных, который у этой личности имеется в компьютере, а в сохранении самой личности.

Существует очень распространенная точка зрения, что рост количества и качества психических заболеваний, снижение уровня детской наркотической зависимости и т.п. связаны с дестабилизацией общества, отсутствием "светлых идеалов", пропагандой через СМИ насилия и жестокости. На самом деле человек достаточно быстро адаптируется ко всем этим явлениям. Хуже дело с другим: начинают действовать те факторы, о которых упомянуто выше. Ни одна государственная структура, ни одна коммерческая служба никак не контролирует наличие и возможность неосознаваемых воздействий, которые ориентированы на человека, группу людей, на общество в целом. Эта область не регламентирована в России никаким законом.

Еще одна проблема - социокультурная. Мы пытаемся защитить свои сверхсекретные данные, которые большей частью уже давно всем известны, в то время как никоим образом не защищаем собственные духовные, нравственные ценности, не пытаемся отстоять их, если они все-таки меняются помимо нашей воли, с наименьшим риском и наименьшими потерями.

Проводя огромное количество диагностических обследований людей, мы видим, что базовые нравственные ценности в принципе сохранились. Тем не менее, чудовищно повысилась криминальная тенденция. Либо это принадлежность к криминальным сферам, либо это криминальное прошлое, либо это криминальное намерение. Если проанализировать отношение к деньгам, богатству, ни у «новых русских», ни у «старых русских» это по-прежнему не значимо, не является, как ни странно, базовой ценностью.

Тем временем населению необходим семантический стрессопротектор, защищающий от возможного восприятия глубинными сферами психики деструктивных информационных воздействий.

С этой целью созданы гармонизирующие фабулы психокоррекции, содержащие  маскированные от сознания ключевые семантические блоки.

 

 

ОПИСАНИЕ МЕТОДА

 

Аудиопсихокоррекция – коррекция состояния и поведения человека с помощью вербальных (словесных) средств преимущественно с использованием ключевых суггестивных (внушающих) семантических (смысловых) посылок.

Корректирующее действие аудиопсихокоррекции определяется высокой значимостью семантических посылок, недоступных восприятию сознания и, следовательно, недоступных критическому анализу. Сочетание особенностей человеческой психики с разработанными семантическими блоками приводит у пользователя к актуализации скрытых резервов психики. При этом значительно снижается актуальность каких бы то ни было текущих, в т.ч. болезненных, проблем и, напротив, повышается уровень всех видов иммунитета, в т.ч. психического. 

 

 

ПРИНЦИПЫ ПОСТРОЕНИЯ КОРРЕКЦИОННЫХ ФАБУЛ

 

Психически здоровым может считаться зрелый, умственно развитый, внутренне уравновешенный субъект, способный освоить свою профессию (специальность), влиться в коллектив и преодолеть специфические профессиональные психические и физические нагрузки, не получив при этом стойкого расстройства здоровья. В среде детей и подростков к психически здоровым можно отнести субъектов, интеллектуальный уровень которых соответствует возрасту, а реакция на изменение внешних раздражителей адекватна и критична.

Для изучения психических процессов применяются недостаточно  эффективные способы. По этой причине, несмотря на обилие экспериментально-психологических методов, их роль в прикладных задачах невелика. Так, в клинической психиатрии для обследования больного применяют расспрос, изучение анамнеза, наблюдение, изучение творчества больного. Роль экспериментально-психологических методов оценивают противоречиво. Такую же ситуацию мы видим и в других прикладных  о6ластях. В инженерной психологии применяют  психологические (беседа, анкетирование, тесты) и физиологические методы, направленные на анализ состояния человека-оператора и  установление его соответствия выполняемой деятельности. При этом считают (Основы инженерной психологии, под ред. Б.Ф. Ломова), что психологические показатели (память, внимание,  змоционально-волевая сфера и пр.)  более тесно коррелируют с результатами деятельности,  чем физиологические показатели. Надежность человека-оператора  зависит  не только от уровня его тренированности, но и от природных свойств  его нервной системы, а  именно они, по   В.Д. Небылицыну, берут верх в аварийных ситуациях, опасных для  жизни. Однако среди этих природных свойств методами  инженерной психологии   можно     оценить только  некоторые  характеристики, а  не,  например,  способность сохранять операторскую   мотивацию в  экстремальной ситуации. Удовлетворительных  психометрических методов для исследования мотивации нет. Данные, получаемые при исследовании личностных особенностей с помощью проективных  и других методов, весьма опосредовано аппроксимируют конкретные и очень неожиданно проявляющиеся в  экстремальных ситуациях свойства личности.

Для исследования личности Б.В. Зейгарник единственно верным считает анализ деятельности через анализ мотивов. Психологический анализ мотивационных нарушений, по ее мнению, является единственным средством определения ведущего мотива, который непосредственно стимулирует все поведение больного человека.

Одним из наиболее перспективных построений  на этом пути является теория конструктов Келли, на основе которой возник метод психосемантического исследования - репертуарные решетки. К числу других употребляемых в настоящее время психосемантических методов относятся методы, основанные на принципе семантического дифференциала Осгуда, метод незавершенных действий и др. Психосемантический подход, заключающийся в анализе психической деятельности с точки зрения конструкции смыслов в ней, предоставляет исследователю  возможность рассматривать расстройства связей и, следовательно, значений отдельных семантических элементов психики и как следствие,  и как возможную причину психических нарушений.

Однако существенным очевидным недостатком вышеописанных методов является все тот же пресловутый фактор прямого вмешательства сознания человека в ход исследования, что всегда критически искажает результаты тестирования.

Метод компьютерного психосемантического анализа  полностью удовлетворяет всем представлениям о функциональной пробе. Обследуемому предъявляются семантические стимулы (слова или образы), время и длительность предъявления которых известны; одновременно с этим проводят регистрацию реакций, таких, например, как сложная зрительно-моторная реакция выбора. Результатом является сопоставление реакций обследуемого тем или иным заранее известным стимулам. На «выходе» это позволяет оценить систему (в данном случае семантическую память субъекта), учитывая особенности реагирования на известные стимулы.

В ответ на  визуальное (на мониторе компьютера) предъявление стимула тестируемый должен как можно быстрее нажать на кнопку. Время реакции и есть тот параметр, который будет изменяться в зависимости от того, какую субъективную значимость несет в себе для исследуемого то или иное стимул-слово.

Преимущества компьютерного психосемантического анализа перед другими способами получения информации (активным расспросом, полиграфической детекцией лжи, фармакологическим растормаживанием):

  1. Исключено влияние на  результаты как со стороны испытуемого, так и со стороны обследующего.
  2. Может применяться для быстрого (3-12 минут на процедуру) скрининга групп риска из больших масс населения.
  3. Автоматические процедуры для выявления локальных групп кластеров не требуют квалифицированного персонала.
  4. Выявляет значимую информацию не только сознательно скрываемую, но и скрытую, что делает компьютерный психосемантический анализ незаменимым инструментом для психоаналитика.
  5. Компьютерный психосемантический анализ абсолютно свободен от элементов субъективности, неизбежных в результатах традиционно используемых психометрических тестов.
  6. Компьютерный психосемантический анализ в отношении исследования психических явлений впервые представляет собой объективный измерительный инструмент.

Недостатки компьютерного психосемантического анализа:

  1. Необходим как минимум быстродействующий персональный компьютер, оснащённый звуковой картой.
  2. Возможен отказ испытуемого от процедуры, если она проводится в явной форме.
  3. Приём больших доз транквилизаторов, в т.ч. алкоголя, нивелирует все сферы значимости и препятствует их дифференциации.
  4. Феномены, получаемые при компьютерном психосемантическом анализе, требуют серьёзного пересмотра сложившихся к настоящему времени представлений о механизмах психических явлений.

 

Именно с помощью  компьютерного психосемантического анализа можно на репрезентативных группах населения определить наиболее значимые психосемантические конструкты. Такие конструкты могут быть описаны вербальными, визуальными, акустическими символами общедоступного для данной популяции языка.

Такие универсально значимые семантические структуры являются ключевыми и могут быть использованы в различных средствах психокоррекции. Время их изменения у населения для условий центральной России приближается к трём месяцам. Следовательно, оптимальным является смена коррекционной фабулы с интервалом около трёх месяцев.

Для создания каждой фабулы используют объективные методы исследования психики, которые не должны затрагивать областей психики, контролируемых  сознанием человека. Для этих областей существует несметное количество методов. Однако изучаемые ими социальные ролевые функции ничего надёжно не измеряют и ничего не привносят в сферу методов коррекции нарушений психической деятельности.

Необходимые для создания фабулы методы должны изучать неосознаваемые сферы психики.

Неосознаваемые сферы психики – что это такое?

Это информация, неизвестно как хранимая.

В чём особенность до сих пор привычных человеку категорий информации – книг, песен, памятников, кино, фото и мн.др.? – Эта информация континуальна, она существует так, как её однажды создали.

В чём особенность непривычной для осмысления категории информации – психики? В том, что эта информация процессуальна, она существует, постоянно изменяя самоё себя.

Психика – это не континуум, а процесс.

Многомерный нестационарный нелинейный динамический самоорганизующийся колебательный процесс.

Субстратом этого процесса или его носителем является, по общепринятым представлениям, головной мозг. Параметры мозга постепенно становятся доступны измерениям, которые, тем не менее, в очень малой степени способствуют исследованиям психики.

В пределах известной нам физики явлений неживой природы процессы подобной сложности отсутствуют. Для такого процесса нет концептуальных представлений, смысловых категорий, математических моделей, описательных алгоритмов, измерительных методов.

Как измерить процесс, который развивается сразу во многих измерениях, притом не только и не столько в пространственно-временных координатах, сколько в психосемантических, которые очень трудно представить?

Как измерить процесс, который нестационарен по всем своим параметрам: в каждый момент измерения он имеет новые, подчас противоположные параметры.

Как измерить процесс, реакции которого на одно и то же тестирующее измерительное воздействие не только не являются линейными, т.е. не описываются какой-либо функциональной зависимостью, но представляются стохастичными и даже спорадичными?

Как измерить процесс, все параметры которого динамически изменяются в непредсказуемой зависимости от его ситуативной целеустановки?

Как измерить процесс, у которого все вышеописанные уникальные особенности к тому же постоянно изменяются в сложной зависимости от постоянно поступающей и перерабатываемой информации?

Наконец, что делать, если многомерный нестационарный нелинейный динамический самоорганизующийся процесс психики ещё и колеблется в зависимости от множества солнечных, лунных, суточных, гормональных циклов и основных инстинктов? А как учитывать сугубо семантические колебательные процессы, имеющие свои экстремумы, как-то ожидание дня заработной платы, всенародного праздника, актуализация и деактуализация следа перенесённого аффекта, формирование и разрушение нравственных ценностей, распад общечеловеческой логической схемы мира и возникновение парафренной логики и мн.др.?

Эти вопросы имеют только один ответ.

Не существует абсолютных мер и методов измерения многомерного нестационарного нелинейного динамического самоорганизующегося колебательного процесса. Всё течёт, всё меняется. Нельзя дважды войти в одну реку. Единственный способ выработки фабул психокоррекции – динамическое психозондирование репрезентативных групп населения со статистическим выявлением наиболее универсальных сфер значимости (Смирнов И.В. и др. Психотехнологии. М.: Прогресс, 1995, 413 с.).

 

В области исследований психического нарастает кризис. «За последнее время в патопсихологии на первый план выступает направленность на психокоррекцию. Делается попытка обоснования психологических рекомендаций для проведения психокоррекции (например, при лечении неврозов, алкоголизма). Однако, для того, чтобы психокоррекционная направленность была эффективной, она должна базироваться на углубленном анализе и квалификации психического состояния больного человека» (Б.В.Зейгарник, 1986, стр.7).

Как провести «углубленный анализ» и получить индивидуально значимую этиопатогенетическую информацию, ясно из предыдущего текста.

По сути дела любые средства, методы и приёмы психокоррекции опираются на два ключевых фактора:

- введение тем или иным путём (внушением, разъяснением, переживанием в нарко- или психокатарзисе, обучением в диссоциированном состоянии, импринтингом, созданием искусственных функциональных связей в мозге и др.) коррегирующей информации в неосознаваемые зоны памяти, причём для достижения положительного эффекта необязательно, чтобы эта информация осознавалась пациентом;

- обеспечение прямого доступа в память путём либо изменения состояния сознания, либо даже его отключения. Введение коррегирующей информации в неосознаваемые зоны памяти возможно и при ясном сознании, но ввиду существенного «редактирования» сознанием поступающей информации, что проявляется, в частности, в виде критики разъяснений врача, подмечания недостатков и проявления скепсиса в отношении применяемого метода, для достижения цели требуются значительное время и большие усилия. Поэтому наибольшее распространение получили методы психокоррекции, использующие направленное изменение или временное разрушение (диссолюцию) сознания.

Многие виды психотерапии: трансовые состояния (по Эриксону), медитация, аутотренинг, гипноз и др., тоже по сути используют изменение состояния сознания для ввода коррегирующей информации в память (Безносюк Е.В., Смирнов И.В.).

Для обеспечения эффективности психогармонизирующих коррекционных фабул необязательно прибегать к изменённым состояниям сознания.

Сознание - как функция психики - осуществляет сканирование семантической информации, хранящейся в памяти и поступающей в неё через сенсорные входы.

Важно понимать под категорией «память» не только осознаваемую человеком информацию о каких-либо событиях (бытовое представление о памяти), но, прежде всего, ту семантическую информацию, которая в структурированном виде, в форме ассоциативных сетей, включающих семантические элементы психики (А.Г.Асмолов), хранится в сферах бессознательного. Большая часть информации, накапливаемой в этих хранилищах в течение жизни, недоступна сознанию и лишь иногда случайно осознаётся в искажённом виде после сновидений. Именно в неосознаваемых сферах психики располагаются мотивы, в т.ч. патологические,  причины интер- и интрапсихических конфликтов, различных патологических комплексов. Это являет собой поприще для психоанализа и других известных научных направлений. Количество работ в области исследований неосознаваемой психической деятельности и в нашей стране неудержимо растёт (Бессознательное, 1984, тт. 1-4).

Память человека непрерывна - информация из внешнего мира и изнутри организма поступает в хранилища памяти постоянно, даже во сне и наркозе. Процесс накопления информации прекращается только тогда, когда исчезают связанные с событием вызванные реакции головного мозга (чаще всего для констатации восприятия регистрируют вызванные потенциалы, возникающие в ответ на предъявление стимула). Эти реакции исчезают при сильном угнетении деятельности мозга, например, в глубоком наркозе или в состоянии комы. В этих состояниях восприятие и когнитивные процессы блокированы и в память невозможно ввести какую-либо информацию - психотерапия и психокоррекция неосуществимы.

Во всех других случаях, когда имеются вызванные реакции в ответ на стимул (например, вспышка света перед глазами вызывает закономерный вызванный потенциал в электроэнцефалограмме), восприятие информации происходит независимо то того, каково состоянии сознания. Это доказано многочисленными фактами, наиболее убедительные из которых относятся к области выработки условных рефлексов во сне и наркозе.

Принято считать, что при отсутствии активной деятельности и выраженных эмоций в бодрствующем состоянии человек пребывает в полном (ясном) сознании. При этом сознание индивидуума с присущими ему генетически и социально скоростью и объёмом сканирует поступающую семантическую (смысловую) информацию - индивидуум осознаёт информацию.

Объём и скорость осознания семантической информации у всех разные и не являются постоянными величинами даже у одного и того же субъекта. Например, многие из нас испытывали в своей жизни состояние шперрунга - остановки мыслей, - сидя на скучной лекции и тупо вперясь глазами в пространство. О человеке, находящемся в этом состоянии, друзья шутят: «впал в прострацию, витает в облаках» и т.п. Во время шперрунга сознание  сужено.

Напротив, в иные минуты многие из нас испытывают ощущение взлёта и творческого подъема, когда становятся способны «объять необъятное» и с необычайной скоростью оперируют разнородными блоками информации, устанавливая между ними неявные связи. Это  бывает при "озарении". Такое  расширение сознания иногда наблюдается у больных, находящихся в гипоманиакальном состоянии. Его называют люцидным состоянием и описывают как состояние особой ясности и просветлённости.

Ввод семантической (психотерапевтической, суггестивной, корректирующей, дидактической) информации в память субъекта возможен независимо от наличия и степени распада (диссолюции) сознания. Как уже упоминалось, критерием существования восприятия является наличие вызванных реакций.

Отсюда следует, что критерием возможности ввода семантической информации является различие (градиент) вызванных реакций, возникающих в ответ на предъявление различающихся семантических стимулов. Например, слуховые вызванные потенциалы на щелчки во время второй стадии наркоза различаются в зависимости от громкости и частотных характеристик щелчков. Однако в это же время вызванные реакции на обращение по имени и совершенно индифферентное слово становятся неразличимы.

Иначе говоря, когнитивные (познавательные) процессы имеют определенный предел, предопределяющий возможности использования измененных состояний сознания для психотерапии. Этот предел находится там, где исчезают различия вызванных реакций на различающиеся семантические стимулы и эти реакции детерминируются только физическими характеристиками стимулов. При дальнейшей диссолюции сознания и эти различия исчезают (восприятие блокируется и информация не консолидируется в памяти).

Все это имеет место при психолитических воздействиях, когда происходит постепенная диссолюция сознания с последующей блокадой семантической памяти.

При психоделических воздействиях, когда наблюдается расширение сознания или, по крайней мере, появляется возможность установления таких семантических связей, которые нереальны в условно-интактном состоянии, что проявляется  в виде галлюцинаций, - ввод семантической информации с психотерапевтическими целями возможен всегда. Однако и здесь имеется предел для этих возможностей. Он заключается в том, что эта информация далеко не всегда попадает по назначению и, невзирая на такое же, как при психолитических воздействиях, снижение или устранение критики у субъекта, совершенно невозможно заранее предугадать, с какими уже имеющимися в семантической памяти информационными блоками вводимая информация будет объединена. У продуктивных больных с бредообразованием попытки психотерапии, особенно включающие суггестию, очень часто приводят к модификации бреда и встраивании суггестий и даже образа некомпетентного психотерапевта в фабулу бреда. У здорового человека во время психоделических воздействий происходит то же самое с той лишь разницей, что психолитические эффекты (например, ощущение распада личности при медленной индукции в наркоз) его пугают.

Применительно к живым системам кибернетическое понятие памяти включает всю совокупность информации, имеющейся в системе. Существует сложная иерархия хранилищ памяти: от очень мало изменяющейся генетической памяти с предельно длительными сроками хранения информации до быстро меняющейся иконической с недолговечным содержимым (стековая память). «Представляется, что вид памяти определяется не природой фиксации следа, а возможностью доступа к информации для её считывания. Можно думать, что в так называемой краткосрочной памяти её краткосрочность обусловлена тем, что след быстро переходит в подпороговое состояние, а это затрудняет его воспроизведение. Таким образом, речь может идти не об исчезновении следа кратковременной памяти, а о быстром переходе его в подпороговое состояние. Причиной этому может быть ряд факторов: ретроактивное торможение, возникающее при интерферирующем воздействии последующих сигналов, недостаточно интенсивное подкрепление; существенны концентрация внимания, установка, степень эмоционального сопровождения и другие факторы. При однократном предъявлении сигнала, не сопровождаемого выраженной эмоциональной реакцией, через короткий промежуток времени происходит как бы потеря информации для организма по механизму забывания. В «промежуточной» памяти сохранение следа в пороговом состоянии удлиняется, но это лишь количественное различие при изменении степени воздействия некоторых из перечисленных факторов. Можно эти временные промежутки разбить ещё на более короткие, и тогда мы получим мгновенную, ультракороткую, оперативную и многие другие «виды» памяти. Становится понятным, почему у различных исследователей так называемая краткосрочная память сохраняется от 10 секунд до нескольких часов.

При многократном поступлении тех же сигналов каждый последующий сигнал может подкреплять предыдущий следовый процесс, делая его длительное время перманентным. Возможно, это способствует сохранению следа в надпороговом состоянии и обеспечивает возможность его считывания через большие промежутки времени, что позволяет оценивать это состояние как долговременную память. Длительное сохранение следа возможно и при однократном обучении при наличии выраженной эмоциональной реакции» (Ильюченок Р.Ю.).

Психогармонизирующие коррекционные фабулы всегда используют многократное поступление одних и тех же сигналов. Например, простейшая вербальная фабула может состоять из трёх-пяти слов, которые сотни тысяч раз предъявляются при одном прослушивании лазерного диска или иного носителя, содержащего фабулу психокоррекции.

Технологически чрезвычайно сложный процесс изготовления каждой фабулы своей кульминацией имеет психосемантический и психолингвистический анализ личности многих больных и здоровых людей и на его основании выбор семантических компонентов и создание универсального семантического блока. Последующее встраивание этого блока в маскирующий носитель (шум или музыку) должно быть осуществлено на грани осознавания. При этом пользователь ни при каких условиях не должен распознавать конкретику фабулы – слова, из которых она сконструирована. Частичное осознание должно происходить только при предъявлении контекстового напоминания – слов, близких по смыслу суггестивной фабуле или впрямую именно этих слов. Например, при многократном прослушивании психогармонизирующей фабулы «Омофор» никто и никогда не распознаёт голоса автора фабулы и слов, которые встроены в музыку. В интервале 9-10 минуты указанной фабулы можно многократно безуспешно пытаться осознать скрытую информацию. Однако при указании на то, что в данном участке психомузыки имеются только два слова – «внутренний голос», все участники такого эксперимента с временем задержки от нескольких секунд по пяти минут отчётливо распознают эти слова, причём эффект их отчётливого «слышания» отныне сохранится навечно.

 

ПОКАЗАНИЯ И ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ К ПРИМЕНЕНИЮ

АУДИОПСИХОКОРРЕКЦИИ С ПОМОЩЬЮ ПСИХОГАРМОНИЗИРУЮЩИХ ФАБУЛ

 

Показания

 

  1. Состояния психической дезадаптации, которые характеризуются склонностью к срыву оптимального функционирования и адекватного личностного или поведенческого реагирования в условиях эмоционального напряжения.
  2. Аффективные реакции и их следовые феномены.
  3. Психосоматические заболевания.
  4. Синдром хронической усталости.
  5. Актуальные и хронические стрессы.
  6. Боевой постстрессорный синдром.
  7. Пограничные и некоторые психические заболевания.
  8. Зависимости.
  9. Избыточный вес.

 

 

Противопоказания

 

  1. Состояния острой интоксикации любого происхождения, в т.ч. алкогольного и наркотического.
  2. Острые психозы.
  3. Психические заболевания с интенсивным бредообразованием.
2013-01-29
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?