Честность в дисфункциональные семьях

6Честность в дисфункциональные семьях
Честность в дисфункциональные семьях



Однажды преподаватель моего института на одном из семинаров произнесла очень странную фразу: «Если ребёнок врёт, значит он хочет жить». Фраза оставалась абсолютно непостижимой на протяжении почти двадцати лет, сохраняясь в моей личной внутриголовной кунсткамере эдакой непонятной, но занятной штуковиной. Что значит хочет жить и врёт - врёт, чтобы выжить? Как какой-нибудь шпион на вражеской территории? Что значит врёт и хочет жить – фантазирует, чтобы жить в своих заоблачных мирах?

Впоследствии при работе с клиникой я стал понимать, что имелось в виду. Существуют семьи, в которых честность является очень важной, практически центральной ценностью. Родители убеждают ребёнка никогда никого не обманывать и, кажется, сами тоже демонстрируют пример кристалльной прозрачности. За исключением одного маленького обстоятельства. Они не объясняют, чем же так важна абсолютная честность. Или объясняют это моральное требование очень общими фразами: обманывать плохо, обманывать это грех и т.п. И тут, надо сказать, они немного лукавят. Честность в подобных семьях необходима не для выживания конкретного ребёнка (а потом взрослого), но для существования семьи, основным принципом функционирования которой является отсутствие межличностных границ, или «болезненная открытость». Консультировать клиентов из таких семей чрезвычайно тяжело, потому что вы можете быть уверены в том, что сказанное вами на сессии скоро станет известно другим членам семьи клиента и будет вынесено на кухонное совещание. - Психолог сказал нашему тридцатилетнему ребёнку, что у него нет отдельности от его родителей?! Давайте позвоним ему и спросим, почему он хочет разрушить нашу семью! – Анекдотичная, но вполне реальная история при работе с семьями по типу «болезненной открытости».

Рональд Лэйнг в качестве важной характеристики предпсихотической личности выделяет такую особенность, как онтологическая незащищённость. Онтологически защищённый человек переживает внешний мир как целостный и непрерывный, а других людей как реальных и живых. Он обладает «чувством своего присутствия в мире в качестве реальной, живой, цельной и во временном смысле непрерывной личности». В противоположность этому онтологически незащищённый человек при тех же условиях ощущает себя нереальным, не связным, не согласованным, раздробленным, не автономным, лишённым индивидуальности и временной непрерывности. Лэйнг выделяет три формы онтологической незащищенности: 1. Поглощение 2. Разрывание и 3. Окаменение.

В основе Поглощения лежит потеря автономности и индивидуальности, что приводит к боязни любых отношений с другими людьми из-за страха быть постигнутым, понятным, любимым, из-за проницаемости личных границ и страха потерять своё Я. Разрывание основано на переживании собственной личности, как вакуума, абсолютной внутренней пустоты, сопровождающейся страхом наплыва чужой индивидуальности. Окаменение связано с явлением деперсонализации, потерей своего живого Я и ощущением себя вещью *. Вполне закономерно, что человек с подобным ощущением Себя, Другого, Мира обладает повышенной готовностью к формированию таких патологий, как бред преследования, бред воздействия, симптом открытости мыслей (ощущение, что окружающие читают мысли), синдром психического автоматизма (восприятие любого своего ощущения или действия не как элемента собственного «я», а как чего-то чуждого, навеянного посторонней силой, то есть отчуждение собственного психического акта) и других классических психотических проявлений. Но ведь в семьях с «болезненной открытостью» проницаемость личных границ, наплыв чужой индивидуальности, обращение с человеком как с вещью – это не психотическое искажение, а вполне реальное каждодневное событие! Психотику остаётся лишь немного докрутить и символизировать такое положение вещей в каком-либо виде бреда. Так, например, мать, не одобряющая избранника своей дочери и всячески препятствующая их встречам, вплоть до физического ограничения свободы перемещений – фактически относится к своему взрослому ребёнку как к вещи, бездушной кукле-автомату из сказок Гофмана, внутри которой что-то поломалось. И стоит лишь поместить куклу в правильные условия или задать ей верную программу, и всё снова наладится. Примечательно, что при этом мать требует от дочери абсолютной честности. Жертва болезненной открытости погружается в тяжёлый конфликт: быть открытой и потерять свою личность, либо закрыться в целях самосохранения, но при этом потерять контакт с личностно значимой фигурой. 

Вопрос: Как защититься от психоза и личностного уничтожения в семье с болезненной открытостью?

Ответ: Дети из подобных семей должны научиться различать честность и болезненную открытость. Они должны научиться обманывать. Обманывать, темнить, не договаривать, защищаться от наплыва чужой индивидуальности. Потому что «терапевтически правильные» фразы наподобие: «Это не твоё дело!» или «Это моя личная жизнь! » в описываемых семьях не имеют никакого веса. В лучшем случае они вызывают смех. В худшем – гнев и преследование. Здесь не выиграть, если играешь по правилам. Дети из таких семей должны научиться врать, чтобы выжить. Они должны научиться заново ценить честность, правду, открытость, потому что это не разменная монета, не фон взаимодействия, а большой дар, который можно вручить только тому, кому доверяешь - то есть тому, кто не уничтожает твоё Я. 

(* в статье использованы отрывки из книг Р. Д. Лэйнга и О.В.Власовой)@


Комментарии ( 0 )

Сначала новые
Сначала старые
Сначала лучшие

АВТОРИЗУЙТЕСЬ ЧЕРЕЗ СОЦ.СЕТИ
ИЛИ ВОЙДИТЕ КАК ГОСТЬ

Войти

Поделиться:


2019-10-07
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?